Вариативность глагольной валентности в случаях метонимического и метафорического переноса

С развитием когнитивной лингвистики метонимия, традиционно рассматривавшаяся как стилистический прием, основанный на переносе по смежности, получила более глубокую интерпретацию как один из фундаментальных когнитивных механизмов, лежащих в основе концептуализации, категоризации, познания и осмысления реального мира.

Вопросами концептуальной природы метонимии и представлением метонимии как основного, наряду с метафорой, когнитивного процесса занимались ведущие зарубежные и отечественные ученые. Так, описывая когнитивные основания метонимии, Л. Талми особо подчеркивает, что для метонимии особую значимость имеет ментальная операция перефокусировки, или сдвига фокуса внимания (термин Л. Талми (Talmy 2003: 257-311)), происходящего в сознании говорящего при

концептуализации и вербализации того или иного предмета или события. Е.В. Падучева, говоря о сущности метонимии с позиций когнитивного подхода, пишет: «Метонимию обычно определяют как перенос по

смежности. Понятие концептуальной структуры позволяет определить метонимический сдвиг иначе - как сдвиг фокуса внимания при концептуализации реальной ситуации; иначе говоря, как изменение соотношения между фигурой и фоном» (Падучева 2004: 190). Такой сдвиг основан на существовании в сознании прочных ассоциативных связей между событием, явлением и его участниками или иными характеристиками, т.е. связей по смежности. В результате такого сдвига фокус внимания может перемещаться от самого события к его времени, месту; от действия к таким его характеристикам, как образ действия, способ действия; от автора к его работам; от человека к части его тела, предмету одежды или украшению и т.д. (более полный список таких метонимических переносов см. в: Ungerer, Schmid 1996: 116).

Рассматривая процессы метонимизации в сфере глагола, Е.С. Кубрякова отмечает, что глаголу метонимия свойственна больше, чем другим классам слов, так как глагол метонимичен по своей природе. Она подчеркивает, что именно метонимические переносы «лежат в основе номинации глаголом целой ситуации, особой разновидности человеческой деятельности, когда один из компонентов ситуации, или один с еще каким- то, будучи обозначенным, проявляет затем способность вызывать в нашем воображении ситуацию в целом, или, в других терминах, активизировать соответствующий фрейм» (Кубрякова 1992: 89-90).

Когнитивная модель глагола, строящаяся как аналог определенного вида деятельности, включает в себя все компоненты этой деятельности (источник, объект, средство, результат, временные и пространственные характеристики), которые в случае метонимического переноса способны замещать представление о действии в целом. На семантическом уровне метонимический перенос приводит к переосмыслению и усложнению глагольной семантики, ввиду профилирования тех или иных обстоятельственных компонентов или характеристик описываемой глаголом ситуации (Фукс 2014: 1250). Изменения, происходящие в семантике глагола, находят свою манифестацию в варьировании валентностных характеристик глагола.

Рассмотрим следующие примеры:

146) They were walking through a London street when a red Royal Mail van shuddered to a halt beside them (Freeland, M. Kenneth Williams: a biography, 1990 [BYU-BNC, URL]).

147) The train puffed to a stop (Cookson, C. My beloved son, 1992: 56).

В данных примерах глаголы to shudder, puff, меняют свое значение и свою валентность, уподобляясь общему значению to bring to a stop. Эти глаголы обычно не употребляются в таком валентностном окружении, более того, в структуре значения данных глаголов отсутствует сема «завершение (прекращение) движение» (Ср.: to shudder - to shake suddenly and violently, to puff - to breathe fast and with difficulty, blow out, to make steam). Исходное значение глагола переосмысливается в данном контексте за счет нового окружения. Суть этого переосмысления состоит в том, что глагол, попадая в новый синтаксический контекст, приобретает значение завершения движения, но при этом фокус внимания перемещается от самого действия к его качественной характеристике, в чем и состоит сущность метонимизации. При этом «значение глагола становится семантически синкретным, т.е. усложняется, поскольку глагол выражает одновременно и само действие, и его характеристику, что позволяет рассматривать подобные случаи как одно из средств реализации принципа языковой экономии» (Козлова 2012: 103). Подобный синкретизм является специфической особенностью английского языка, который в целом характеризуется как очень экономичный по сравнению с другими языками, в частности, благодаря его способности инкорпорировать в семантику глагола значение качественной характеристики действия.

В русском языке отсутствуют подобные синтаксические способы синкретизации значений, что делает невозможным передачу подобных смыслов без обращения к дополнительным лексическим средствам. Например:

148) Just here, please.' The taxi squealed to a stop. (Tanner, J. Folly's child. 1991 [BYU-BNC, URL]).

При переводе подобных предложений на русский язык для описания образа действия необходимо прибегнуть к экспликации обстоятельственного элемента (остановилось резко, с визгом тормозов и т.д.).

Дальнейшее усложнение семантики глагола имеет место в случаях одновременного действия когнитивных механизмов метонимизации и метафоризации. Обратимся к следующим примерам:

149) At that moment, the door burst open and Margaret Leslie sparkled into the room (Brett, S. Cast in order of disappearance, 1975: 44).

Глагол to sparkle, помещенный в позицию перед обстоятельством, выражающим направление, становится семантически синкретным, выражая одновременно и само движение, и его характеристику, т.е.

метонимизируется. При этом на это значение накладывается еще и метафорический перенос, поскольку качественная характеристика действия, в данном случае, скорость протекания действия, а также, возможно, внешний вид субъекта описываемого действия (поскольку глагол чаще всего метафоризуется на основе ассоциативной связи с денотатом имени (Арутюнова 1998: 361)), выражается через его сравнение с искрой.

150) I laughed and set spurs to my horse and thundered through the convent gates as fast as a deer (Clynes, M. The white rose murder, 1993: 121).

В данном примере прослеживаются такие же процессы, как и в предыдущем примере. Глагол to thunder метонимизируется, выражая синкретное значение движения и способа действия. С другой стороны, происходит метафорический перенос на основе ассоциативной связи.

При метонимическом переносе возможен и другой вид синкретизма, когда глагол одновременно выражает и действие, и способ его осуществления. Отличие способа действия от образа действия мы видим в том, что способ действия подразумевает достижение определенной цели, в то время как в семантике образа действия это значение отсутствует. Здесь также большую роль играет конструкция, имеющая каузативное значение.

151) He just laughed me straight out of the room (The money Programme - part 1 : documentary rec. on 31 Oct 1993 [BYU-BNC, URL]).

152) He was booed and heckled out of the room (World affairs material [BYU-BNC, URL]).

В этой конструкции непереходные глаголы кардинально меняют свои валентностные характеристики, они употребляются с прямым дополнением, т.е. приобретают значение каузативности, а в сочетании с обстоятельством направления они также выражают значение движения, т.е. происходит усложнение их семантики: они совмещают значение движения, каузации и способа действия. Элиминация прямого дополнения приводит к исчезновению значения каузативности:

153) She danced out of the room, and her mother and brother could hear her singing as she ran upstairs (Wilde, O. The picture of Dorian Gray, 1993).

154) The keeper got up and minced out of the room (Harding, P. The nightingale gallery, 1992 [BYU-BNC, URL]).

Г лаголы to dance, to mince в своей семантике имеют сему движения (to move rhythmically, with exaggerated primness), однако это движение не предполагает целенаправленности, поэтому данный глагол в своем обычном употреблении не имеет при себе обстоятельства места назначения или цели и, как следствие, данная валентностная структура не является типичной для этих глаголов. В приведенных примерах значение способа достижения цели профилируется в семантике глагола, а значение действия реализуется как за счет самой позиции глагола, так и за счет сочетания с обстоятельством, указывающим на направление движения. Семантика подобных конструкций сама задает ограничения на семантику глагола. Глагол при этом актуализирует ту часть своего значения, которая необходима данной конструкции для реализации собственного смысла, значение глагола встраивается в значение цельной конструкции, которая образует некую семантическую рамку. Таким образом, глаголы могут встречаться в абсолютно нетипичном для себя окружении, подстраиваясь не только на семантическом уровне под общее значение, но и на синтаксическом уровне, употребляясь в необычной валентностной структуре. В некоторых случаях семантика конструкции может настолько доминировать, что функцию глагола может выполнять целая фраза, подстраиваясь под семантику и структуру данной конструкции:

155) He gave me a firm, confident smile as if to say “business meeting”. I gave him a look which said, “Don’t you business meeting me” “Don’t you What? me, Mark Darcy” I muttered (Fielding, H. Bridget Jones’s diary, 1996).

Значительный интерес с точки зрения вариативности глагольной валентности представляет т.н. way-construction, являющаяся одним из частотных способов передачи значения способа действия. «Давление» конструкции, специализирующейся на передаче этого значения, оказывается столь значительным, что любой глагол, употребляющийся в данной конструкции, становится синкретным, выражая одновременно и само действие, и способ его осуществления. Обратимся к примеру:

156) Then he shoved his way through the crowd, roaring insults all the way

to the door.. .The man had battled his way into the carriage.... Astonished, and not

a little ashamed, I clung to a porter as he hammered his way into the carriage (Roberts D.G. Shantaram, 103).

Автор использует данную конструкцию при описании вокзала в одном из самых густонаселенных городов Индии, где посадка в бесплатный вагон напоминает место боевых действий. Поэтому глаголы to shove, battle, hammer, употребляясь в данной конструкции с нетипичными для них предлогами through/ into, позволяют автору наиболее точно и ярко описать ситуацию.

А. Голдберг, описывая данную конструкцию, отмечает ее большой продуктивный потенциал в английском языке, так как фактологический материал свидетельствует о том, что самые разнообразные глаголы могут входить в состав этой конструкции: he bulldozed his way to win, Patten was lying his way back to power, he managed to chomp his way through broken

biscuits, he ramble his way to success и др. Однако исследования показывают, что в основном глаголы, встречающиеся в конструкции, можно классифицировать и выделить те ЛСГ, которые наиболее часто употребляются подобным образом. Чаще всего это глаголы, которые способны выражать манеру, способ действия. Данные глаголы различны не только в семантическом плане, но и имеют разные модели управления, которые меняются, встраиваясь в семантическую и синтаксическую рамку в предложении. Важным фактором, который делает возможным подобные модификации, является фактор аналогии. Под фактором аналогии в лингвистике понимается процесс формального и семантического

уподобления одной единицы языка другой или перенос отношений, существующих в одной паре единиц, на другую пару (Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона).

Таким образом, по аналогии с уже имеющимися, распространенными глаголами, которые употребляются в особой синтаксической и

семантической рамке, несущей в себе определенное значение, могут встречаться и другие глаголы с целью передачи нового значения, что происходит благодаря их новой сочетаемости вследствие употребления в закрепленной модели. Как отмечает Л.А. Козлова, «языковая компетенция говорящего, языковые факты и модели, хранящиеся в памяти и возникающие в каждом конкретном случае ассоциации и аналогии с этими моделями позволяют говорящему создавать новые языковые формы и языковые единицы по аналогии с уже существующими в языке и хранящимися в его памяти» (Козлова 2014: 124). Фактор аналогии выступает в качестве важного средства развития и функционирования языка и играет большую роль в процессе языкотворчества, т.к. предоставляет возможность говорящему переходить от набора известных ему форм к созданию новых моделей, а, как следствие, и смыслов. Стоит отметить, что как для создания таких форм, так и для их понимания необходимо чувство языка, т.е. большой опыт его использования. Как правило, в таких случаях играет большую роль семантика самой конструкции, в которую встраивается глагол, модифицируя свою семантику таким образом, что новое значение является неким синкретизмом собственного значения глагола и значения конструкции, профилируя при этом разные характеристики, в частности, образ действия, средство достижения цели и другие.

Семантика движения у синтаксической структуры настолько сильна, что в данных конструкциях могут употребляться и неакциональные глаголы, как в следующем примере:

157) She felt her way towards his voice (A little lower than the angels, 1987 [BYU-BNC, URL]).

Глагол to feel обычно относят к группе неакциональных глаголов, однако в данной случае по причине употребления глагола с нетипичным окружением происходит его перекатегоризация. Здесь речь идет не о том, что чувствует человек, а о способе его передвижения «передвигался на ощупь». Таким способом, происходит не просто перекатегоризация глагола, а усложнение его семантики, глагол становится синкретным и выражает как само действие (движение), так и способ его осуществления.

Особенно очевиден фактор аналогии в синтаксически параллельных конструкциях:

158) I didn’t think about her, I felt about her (Fowles, J. The Magus, 2001).

В данном примере глагол to feel употребляется по аналогии с первой

частью предложения, то есть, встраивается в типичную синтаксическую структуру глагола to think (about somebody). Благодаря переносу в нетипичную синтаксическую позицию глагол to feel приобретает уникальное значение, которое включает в себя как значение самого глагола, так и значение данной конструкции. В данном случае происходит метафорический сдвиг в семантике глагола, который имеет разовый характер, что придает стилистическую выразительность и образность предложению. Подобные примеры окказиональной сочетаемости приводят не только к возникновению нестандартной синтаксической конструкции, но и к возникновению окказиональных фреймов, что приводит к метафоричности. Происходят изменения в восприятии типичной ситуации, существующей в сознании человека и в языковой картине мира, благодаря чему автор демонстрирует индивидуальное видение ситуации. Таким образом, проведенный анализ позволяет заключить, что одним из факторов, оказывающих влияние на вариативность валентностных характеристик глагола, является метонимический и метафорический перенос, в основе которого лежит когнитивный механизм перефокусировки внимания с самого действия на его качественную характеристику или на способ его осуществления, что приводит к изменению фрейма, появлению окказиональных фреймов. Значительную роль в процессах языковой репрезентации данной когнитивной операции отводится конструкциям, в которых глагол реализует метонимическое значение.

<< | >>
Источник: Фукс Александра Игоревна. ВАРИАТИВНОСТЬ ВАЛЕНТНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ГЛАГОЛА И ФАКТОРЫ, ЕЁ ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА). 2015

Еще по теме Вариативность глагольной валентности в случаях метонимического и метафорического переноса:

  1. а) БЫТИЙНАЯ ВАЛЕНТНОСТЬ ИЗОБРАЖЕНИЯ *
  2. Реализация образа времени в формах глагола. Теория глагольных времен104
  3. 8.6. Стратегия развития вариативного образования в России
  4. «Метафорический символизм»
  5. II. ПРЕПОДАВАНИЕ ИСТОРИИ В УСЛОВИЯХ ВАРИАТИВНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
  6. 7. Строгая интерпретация и объяснение — буквальное, а не метафорическое
  7. Фукс Александра Игоревна. ВАРИАТИВНОСТЬ ВАЛЕНТНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ГЛАГОЛА И ФАКТОРЫ, ЕЁ ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА), 2015
  8. Трансграничные переносы
  9. 1. Образно-выразительная, метафорическая и синонимическая сущность сленгизмов-экспрессем
  10. ГЛАВА IX ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ИСКУССТВА КАК «МЕТАФОРИЧЕСКОГО СИМВОЛИЗМА»: С. ЛАНГЕР
  11. Перенос поля действия
  12. Глава 13 Перенос интересов
  13. План переноса столицы империи
  14. I. Перенос трупа и окуривание жилища