Модернизация и локальные цивилизации

Утвердившееся в научном дискурсе XX века понятие «модернизация» описывает сложный и до конца не осознанный процесс качественного перехода общества от традиционной модели развития к модели динамичной. Понятие «традиционного общества» представляется общепризнанным и более или менее понятным.
Среди характеристик традиционного общества присутствует ориентация на поддержание один раз найденного стабильного и устойчивого состояния. Иными словами, традиционное общество ориентировано на гомеостатическое равновесие с окружающей средой. Оно может находиться в имманентно статичном состоянии либо, в том случае если среда допускает такую возможность, демонстрировать экстенсивное развитие. В рамках традиционных обществ происходит как экономический рост, так и технологическое развитие, но процессы эти идут крайне медленно. Изменения и приращения накапливаются постепенно. Цикл поступательного развития зачастую сменяется упадком и деградацией. Кроме того, поступательное развитие традиционного общества имеет некоторый предел, заданный объективными характеристиками традиционного универсума — уровнем урбанизации, достижимым аграрными государствами, пределом эффективности производства, базирующегося на силе человека или животного, объемом прибавочного продукта, производимого в аграрных обществах и др. Качественная альтернатива традиционного общества описывается в разных понятиях: «модернизированное», «современное», «динамичное». Лет пятьдесят назад говорили об индустриальных странах и противопоставляли их отсталым аграрным обществам. Понятийная неустойчивость не мешает нам разделять все множество обществ в качественном отношении на традиционные и модернизированные, а также ранжировать страны внутри множества по уровню способности к динамике. Нам представляется, что ближе всего к сути описываемого явления понятие «историческая динамика». Под исторической динамикой мы понимаем такой тип развития, который может быть описан как взаимоналожение социальной, политической и технологической динамики. Состояние исторической динамики характерно для особого типа обществ, которые ориентированы на постоянную и непрестанную оптимизацию всех сторон жизни и аспектов бытия в соответствии с некоторыми устойчивыми и понятными критериями оптимизации (затраченные ресурсы/ полученный результат и др.). Постоянное продуцирование инноваций во всех срезах, на всех уровнях общества, отбор и тестирование этих инноваций по критерию эффективности, конкуренция внедряемых инноваций составляют ткань жизни динамичного общества и фон существования динамичного человека. Такое общество порождает особый тип человека — мыслящего в категориях оптимизации, открытого инновациям, способного к их порождению, оценке преимуществ каждой из них и внедрению наиболее эффективных. Отметим, что этот тип личности полярно противостоит традиционному человеку, ориентированному на воспроизводство устойчивой традиции, с недоверием относящемуся к любым нововведениям и не способному мыслить в категориях эффективности. Нарастание динамичности — процесс, который разворачивается по мере размывания традиционной культуры, по мере разрушения блокирующего динамику традиционного общества и трансформации массового человека, изменения его ментальности.
Рост образования, формирование социальных предпосылок динамики (прежде всего экономической, а значит, и технологической свободы субъекта, дающей возможность экспериментировать и нести на своих плечах позитивные и негативные последствия инноваций), размывание присущей традиционному обществу ориентации на минимальные потребности и формирование кон- сьюмеристской установки — эти и другие факторы способствуют динамизации общества и культуры. Такова самая общая схема. Историческая реальность свидетельствует о появлении дополнительного фактора, задающего характеристики процессов динамизации. Речь идет о качественных характеристиках культуры традиционного общества, вступающего в описываемые процессы. Как показывает история, очередность вступления в процессы модернизации, а также специфика разворачивания этих процессов задается базовыми характеристиками культуры. Модернизация начинается на Севере Европы. Первыми, кому удалось разрушить традиционный мир и выйти в пространство безграничной динамики, были германоязычные протестантские общества Голландии и Англии (XVII век). На рубеже XVIII- XIX веков в модернизационную гонку энергично включается наиболее развитая страна католического мира — Франция. Лидер православного мира — Россия и лидер исламского мира — Турция активно включаются в модернизационные преобразования с середины XIX века. Страны конфуцианской цивилизации (Китай), индийской, японской и латиноамериканской включаются в этот процесс еще позже — во второй половине XIX — начале XX века. Наше понимание проблемы состоит в утверждении следующего тезиса: очередность включения в процессы модернизаци- онных преобразований и специфика разворачивания процессов перехода от исторической статики к исторической динамике задана качественными характеристиками локальных цивилизаций, последовательно включающихся в процессы перехода. Из этого положения общего характера следуют частные суждения. Для нас важно одно: сложности процесса перехода от имманентно статичного к имманентно динамичному состоянию общества и культуры в нашей стране задано качественными характеристиками российской цивилизации. Их исследование позволяет прояснить многое проблемы и создает новое видение проблематики модернизации российского общества. Все цивилизации (и большие культурные традиции) различаются присущей им мерой способности к развитию. В равной степени они различаются диапазоном отпущенного развития. Некоторые реалии могут быть усвоены (порождены или заимствованы) конкретной социокультурной целостностью, усвоение других ведет к распаду этого системного целого. В первом случае происходит адаптация, во втором — включаются механизмы самоорганизации, блокирующие инкорпорирование деструктивных инноваций. К примеру, русская культура усваивает промышленные техноло гии индустриальной эпохи, однако формирование таких реалий, как разделение властей, независимый суд, гражданское общество, средний класс, наталкиваются на системное сопротивление социокультурного организма. В результате критические для системного целого инновации либо трансформируются в пустые формы, либо отторгаются. Для того чтобы продвинуться дальше уровня констатации этого явления, требуется обращение к теории. Прежде всего, способность к модернизационному преобразованию социокультурного универсума связана со статусом синкрезиса в культуре. Как мы помним, история человечества есть бесконечный процесс дробления исходного синкрезиса. Культуры Востока блокировали и замедляли эти процессы. На Западе же они шли исключительно энергично; поэтому Запад и породил историческую динамику. Базовая особенность традиционной русской культуры состоит в том, что она фиксирует достигнутый уровень дробления синкрезиса как последний и противостоит дальнейшему дроблению, а в качестве абсолютного идеала видит возврат к вершинам изначального синкрезиса (к примеру, именно так понимался коммунизм). Заметим, что в этом аспекте православная российская культура смыкается с исламом. Здесь истоки неприятия современности фундаменталистами обеих конфессий. Мир разделившийся — мир неподлинный, уклонившийся от сакральной истины. Интенция синкрезиса жестко противостоит любым формам динамики. Всякое эволюционное усложнение, любая динамика реализуется через возникновение новых структур и институтов, их дифференциацию и специализацию, возрастание интенсивности и диверсификацию ресурсных потоков, иными словами — размывает синкрезис. Установка на синкрезис блокирует вычленение автономной личности. Русская культура не онто- логизирует человека, выделившегося из традиционных общностей. Ценности автономного бытия не являются подлинными, ради этого не стоит жить. Отсюда мифология великой цели, эсхатологической перспективы и декларации об органической неспособности русского человека жить мещанскими горизонтами западного обывателя. Образ автономизировавшегося человека профанирован и демонизирован. Он — бездушный эгоист, живущий ради денег и удовольствий, мир его лишен идеальных мотивов и т.д. Социально преуспевший в России изначально греховен, находится под подозрением. В равной степени установка на синкрезис блокирует процессы рационализации мышления и т.д.
<< | >>
Источник: А.П. Давыдов. В ПОИСКАХ ТЕОРИИ РОССИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ Памяти А. С. Ахиезера. 2009

Еще по теме Модернизация и локальные цивилизации:

  1. Тема РОССИЯ - ЛОКАЛЬНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ. СПОРЫ О русской ЦИВИЛИЗАЦИИ. (ПОНЯТЬ ЛИ УМОМ РОССИЮ?) МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ. ПЕРИФЕРИЙНЫЙ ХАРАКТЕР ЛОКАЛЬНОЙ РОССИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
  2. 5.7 Концепция локальных цивилизаций А. Тойнби
  3. 1. Формирование колониальной системы и модернизация цивилизаций Востока в XIX в.
  4. 2. Распад колониальной системы. Модернизация стран традиционалистских цивилизаций
  5. «Реформа» теорий «модернизации» и исследования процессов «модернизации»
  6. Глава IV Исторические теории «модернизации» и исследования процесса «модернизации»
  7. Глава І Генезис теорий «модернизации» и исследований «модернизации»
  8. Глава II Теории «модернизации» и исследования «модернизации» в США
  9. 2. Типология цивилизаций. Содержание, признаки, перспективы планетарной и русской цивилизаций
  10. ГЛОБАЛЬНАЯ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ И ИНСТИТУТЫ С ПОЗИЦИИ МОДЕРНИЗАЦИИ Стадии развития как стадии модернизации