<<
>>

Глава 24 ИНДОАРИЙЦЫ

  Именно страны «Турана» стали тем местом, где сформировались предки нашего народа. И не только нашего. Отсюда, из древней Арьошайаны, еще до наступления I тысячелетия до Р.Х. племена арийцев через Гандхару (совр.

Кандагар) вторглись в долину Инда.
Как уже говорилось выше, к середине II тысячелетия до Р.Х. хараппская цивилизация, созданная хамитскими племенами дравидов, погибла. Арийцы, обосновавшись первоначально в верховьях Инда, постепенно вытеснили остатки этих племен на юг, за горы Виндхья, отделяющие Индо-Гангскую равнину от полуострова Декан, где дравиды обитают и поныне.
На протяжении первой половины I тысячелетия до Р.Х. арийцы заняли долины Инда и Ганга. ВIX—VI вв. до Р.Х. здесь появились первые индоарийские государства. В первой половине I тысячелетия до Р.Х. сложился индоарийский этнос и возникла т.н. «ведическая» цивилизация — по созданному в это время священному своду Вед. Именно самхи- ты — сборники, составляющие Веды, служат основным источником наших знаний по истории Индии того времени.
Как и зороастризму, Веды говорят о борьбе добра и зла. Собственно, само возникновение Вед связано с празднованием дня зимнего равноденствия, 25 декабря, когда свет побеждает тьму: древнейшая часть Вед, Ригведа («Веда гимнов») была первоначально сборником молитв, читаемых в «новый год» — празднование начала календарного цикла. В этот день бог грома Индра победил чудовище- дракона (миф, восходящий к хеттской традиции, где также бог грома, покровитель воинов, побеждает дракона).
Но, в отличие от зороастризма, в ведической религии большое значение придавалось жертвоприношению, тогда как роль человека в победе доброго начала над злым была минимальной. Можно сказать, что ведическая традиция ближе религиозным воззрениям хеттов, чем зороастрий- цев. Это может свидетельствовать о том, что уход предков индоарийцев из Центральной Азии в Индию произошел раньше, чем проповедь Заратустры получила распространение в Иране.
Хотя и зороастризм, и ведизм возникли на одной этнической основе и из одной религиозной традиции, даль
нейшее их развитие шло диаметрально противоположно. Не последнюю роль в этом сыграло то, что, несмотря на кастовую систему организации общества, влияние хамитов на индоарийцев оказалось значительным. О таком влиянии свидетельствует хотя бы то, что в поздневедийской литературе — брахманах — по сравнению с самхи- тами зафиксировано изменение этнического состава индоарийских племен. «Из примерно сорока названий [племен. — В.М.], встречающихся в самхитах, в брахманах сохраняется лишь пятнадцать. В то же время появляется три десятка новых, многие из которых не имеют индоевропейской [арийской. — В.М.] этимологии. Уже это отчетливо характеризует происходившие в первой трети I тысячелетия до х.э. перемены, в частности, процесс культурной ассимиляции»[231].
Таким образом, за первые триста лет после переселения в Индию, две трети арийских племен не просто ассимилировали хамитские племена дравидов, оставшиеся на покоренной территории, но настолько срослись с ними, что утратили свои арийские племенные наименования.

Эта этническая деградация вызвала, в свою очередь, проникновение чуждых веяний в религию индоарийцев, что и отразили брахманы. В них господствует проповедь пантеизма (бог перестает быть личным и становится безличностным, существующим везде и нигде) и магизма (возможности воздействия на вселенную посредством определенных слов и действий). Отсюда уже недалеко до пифагорейства и каббалы — и действительно, брахманы начинают учить, что влиять на абстрактное можно воздействуя на конкретное путем использования магии чисел, например, совпадения количества частей или слогов в словах, обозначающих разные предметы[232].

Вместо свободы воли человека, который может выбирать между добром и злом, ведизм признал фатализм, так широко распространившийся среди индоарийцев, что слово сабха, обозначающее «собрание» [общины], «совет» [царский], «суд» — стало одновременно обозначать и «игорный дом» — в смысле места, где бросаются гадальные кости и жребием испытывается судьба и решаются споры1. В то же время азартная игра стала любимым развлечением ведийской знати.
Однако ведийское общество еще сохраняло многие арийские ценности и арийский воинский дух. Прежде всего, это отражается в структуре власти и в организации общества.
Весь народ делился на четыре варны (касты): брахманы (священнослужители), кшатрии (воины), вайшьи (свободные земледельцы) и шудра (чужак, социально зависимый, религиозно «нечистый», услугами которого нельзя пользоваться перед религиозными церемониями — отсюда «неприкасаемый»). Первые три касты назывались «дважды- рожденными», так как проходили в детстве специальный обряд посвящения, дававший им право участвовать в ведических церемониях. Однако религиозная «неполноценность» шудр не означала их полной социальной отверженности. Уже в одной из древнейших ведических книг — Ат- харваведе — содержится заклинание, которое произносит царь с целью быть угодным и ариям, и шудрам (что является еще одним подтверждением этнической конвергенции ариев и дравидов уже в начале I тысячелетия до Р.Х.).
Первоначально индоарийцы жили большими родами- семьями (домами), причем зачастую имущество было общим для всей семьи. В одной из брахман говорится: «Если кто из членов семьи что-либо приобретет, это принадле

жит всей семье». Внутри семьи царили патриархальные отношения, при которых вся полнота власти принадлежит старшему в роде: «Когда после долгого отсутствия возвращается домохозяин, то все домочадцы трясутся: что он скажет, что сделает». Глава рода частично выполнял и функции священника. Рабовладение было не развито, и раб находился на положении самого младшего члена семьи, чуть ниже детей и женщин.
Были развиты элементы так называемой «военной демократии», когда все взрослые свободные мужчины владели оружием и имели право участвовать в народном собрании. Население, за исключением «царей», жило в деревнях-общинах, занимаясь земледелием и скотоводством. Цари-раджи жили в «замках», вокруг них сформировалась военная аристократия — будущая основа профессиональной армии. Главный бог индоарийцев в то время — Инд- ра, воин, вступающий в бой на колеснице. Колесница была для индоарийцев символом власти, отличающим кшатриев от «простого народа» — вайшьев. Впоследствии таким символом становится колесо, олицетворяющее солнце. Здесь мы снова можем провести параллели с хеттами и арийцами, использовавшими как религиозный символ орла с кругом на груди, в который вписана восьмилучевая звезда (обод со спицами?). У персов круг увеличился, и потерял спицы и орлиные головы, а у индоарийцев спицы сохранились, но «отпали» голова и крылья.
Почитали такое «колесо» как солярный символ (коло, коловрат) и древние славяне, получившие его через скифов. Об этом свидетельствует обычай катать с горы на праздник Ивана Купалы зажженное колесо — символ того, что с этого дня солнце пошло «под горку» — световой день уменьшается. Последним историческим применением этого символа в России стала эмблема ОАО «Российские железные дороги» — золотое (цвет солнца) колесо с крылышками.

Индоарийцы свое «колесо» власти стилизовали под свастику. Впрочем, свастика считалась священным символом и на территории древней Персидской империи. Дошла она и до России второго тысячелетия по Р.Х., где использовалась как священный символ вплоть до начала XX века (когда в 1917 г. был напечатан на «керенках» — денежных знаках Временного правительства) как элемент вышивки, росписи и иконописи. К сожалению, немецкие нацисты, присвоив себе, без всякого на то права, свастику как знак своего движения, дискредитировали его на ближайшие несколько столетий.
Арийское ожерелье I тысячелетия до Р.Х., найденное при раскопках в Гиляне.
Арийское ожерелье I тысячелетия до Р.Х., найденное при раскопках в Гиляне.

Отношения между властью раджи и народом напоминали отношения внутри рода-семьи. «Царь» олицетворял всю общину (народ), в которой был как бы всеобщим отцом. Власть его считалась сакральной, непосредственно влияющей на жизнь каждого члена общины. Если, например, был осквернен его домашний очаг, то очаги всех семейств считались оскверненными, и никто не имел права готовить пищу в своем доме.
Первоначально ведийские «цари» (а, по существу, военные вожди) не собирали налогов, а получали добровольное приношение своих еще не подданных, а соплеменников. Это приношение шло в общий фонд, из которого «царь» не только брал определенную часть себе на содержание, но и использовал собранные продукты для жертвоприношений, вознаграждения жрецам и воинам, раздачи населению по случаю праздников или неурожаев.
Однако со временем число допущенных к общественному обеспечению сокращалось, пока не совпало с числом высших военачальников, придворных и жрецов. Одновременно добровольные приношения стали налогом, а бывшие соплеменники — подданными. Постепенно арии- вайшьи из свободных общинников превратились в зависимых от царской власти землепашцев, которых даже лишили права владеть оружием, а их социальный статус максимально приблизился к шудрам.
В середине I тысячелетия до Р.Х. у индоарийцев произошла «буржуазная революция». Только с этого времени в Индии начинают широко распространяться каменное строительство и производство железа, что привело к очистке от джунглей огромных площадей в долине Ганга. Бурно растет население, появляются большие города (которых до этого практически не было) и развивается торговля. Ближе к Рождеству Христову была даже основана первая европейская (римская) торговая фактория — Ари- камеда. Индия, наряду с Китаем и Аравией становится крупнейшим торговым партнером Римской империи, ко
торая тратила на экзотические товары с Востока ежегодно до 100 миллионов сестерциев[233].
Развитие торговли привело к тому, что индийцы начинают чеканить монету. А если в стране есть денежные знаки, значит, есть и люди, у которых их много[234]. Действительно, среди индийцев (которых едва ли уже можно было называть арийцами), появилось большое количество очень богатых ростовщиков, купцов и землевладельцев. В индийской литературе того времени об их богатствах рассказывается подробно, со смакованием деталей и сказочными преувеличениями. Здесь и золото, и драгоценности, роскошные дома и одежда, толпы слуг и рабов. Вполне логично, что эти разбогатевшие «новые индоарийцы» объединяются в религиозные и профессиональные союзы и начинают бороться «за свои права» — за власть.
Нувориши в кастовом обществе, чтобы занять места, которые ранее могли принадлежать только наследственным воинам-кшатриям, фальсифицировали за деньги свои генеалогии и доказывали изумленным знакомым, что на самом деле происходят от древних кшатрийских царей и героев. Индийским олигархам удавалось добираться до самого верха социальной лестницы. Известны несколько царских династий, основатели которых попали «из грязи в князи». Например, «традиция крайне неодобрительно отзывается о Нандах[235]. Им отказывают в знатности происхождения, подчеркивают их жадность и жестокость»[236]. Ничуть не лучше оценивал народ и представителей династии Маурьев, создавших одно из самых больших индийских государств. Ее родоначальник Чандрагупта (Сандрокотт в греческом написании) перешел на сторону Александра

Македонского во время его вторжения в северо-западную Индию и предложил завоевателю свои услуги в обмен на помощь в борьбе против Нандов. Когда Александр ушел из Индии, Сандракотт предал македонцев и изгнал их гарнизоны из долины Инда, после чего сверг Нандов и создал собственную империю. Конечно, для политики эпохи развитой плутократии это в норме вещей, но едва ли такие поступки оправдывал кодекс воинской чести кшатриев.
Социальные потрясения середины 1 тысячелетия до Р.Х. привели к крушению ведической цивилизации. Точно так, как буржуазным европейским революциям XVI—XVII веков по Р.Х. понадобилось идеологическое обоснование в виде религиозного учения протестантизма (объявившего богатство признаком богоизбранности), и древнеиндийским буржуа была необходима собственная религия, отличная от религии воинов-арийцев и закрепляющая «нравственные идеалы» победителей.
И такая религия не замедлила появиться. Уже с V в. до Р.Х. в Индии распространяется буддизм, который возник — как бы дико это ни звучало для современного любителя индийской экзотики — как религия торгашей. Действительно, характерной чертой буддизма является определение жизни как страдания. Страдание связано не только со смертью и болезнями, но и со страстями и желаниями: богатства, наслаждения, лучшей кармы и т.п. Освободиться от страдания можно только путем полного контроля над своими желаниями, а конечная цель любой жизни — нирвана («угасание»). Для того, чтобы достичь столь желанного «ничто», необходимо отказаться от собственности, семьи и любых привязанностей, бросить все и превратиться в бхикшу — нищего. А иначе никак не «спастись» — не угаснуть...
Казалось бы, как такое сверхаскетическое учение может иметь отношение к торговле и богатству? Но... «Излюбленные персонажи буддийских преданий — купцы и зажиточные горожане, которые слушают проповеди Буд
ды и оказывают покровительство его ученикам и последователям»[237]. Именно в этих преданиях смакуются громадные богатства «слушателей Будды», о которых было сказано выше — ростовщиков и купцов, стремящихся утвердить свою власть на руинах арийских патриархальных государств. Эти индийские нувориши становятся социальной базой новой религии.
Подавлять желания и стремиться поскорее угаснуть — удел бедняков и рабов, лишних ртов, которых в «новой» Индии становилось все больше и больше. Недаром Геродот считает Индию того времени самой населенной страной на Земле. Для этих страждущих посреди экономического бума — хинаяна, «узкий путь спасения» — ходить попрошайничать с миской для риса в руках, ограничивать свои желания и зависть к власть и богатство имущим, не плодить лишних пролетариев и перестать, в конце концов, быть самому пролетарием[238].
А для тех, кто ну никак не может расстаться с нажитым непосильным трудом на ниве ростовщичества и торговли богатством, есть махаяна — «широкий путь», «большая колесница». Главное, проезжая по широкому пути в большой колеснице, не забывать одаривать щедрыми подаяниями родную буддийскую общину. И спасешься. А в бхикшу никогда не поздно записаться. Более того, сторонники «широкого пути спасения» обвиняли сторонников «узкого» в эгоизме. Монах, стремящийся лишь к личному спасению и бросивший ради этого имущество и семью, еще не отрешился полностью от своего «я». Накушавшись дарового риса, сидит он под банановым деревом, и все ему трынь-трава. Ведь это и есть вершина эгоизма! Надо, наоборот, жертвовать собой и, сохраняя бизнес и любимых
женщин, помогать ближнему достичь вожделенного угасания. Даже если самому на этот раз угаснуть не удастся.
По-человечески вполне понятно, почему эта версия буддизма становится наиболее популярной в Индии.
Но вот что странно: многочисленные адепты буддизма не замечали, что под флером красивых слов о страданиях, спасении и защите прав животных — нет ничего! Буддизм оказался вещью в себе, вернее, для себя. Ведь «три драгоценности» буддизма — это сам Будда, его учение (дхарма) и буддистская община (сангха). Из чего можно сделать вывод, что «драгоценностью» буддизма является сам буддизм. А если добавить к этому, что в буддизме нет бога- творца и единственная награда правоверного буддиста — раствориться в великом ничто, то возникает вопрос: а чем же буддизм привлекателен?
Единственный ответ — своим бесподобным эгоизмом, равного которому тогда не было ни в одном религиозном или философском учении. Ведь если Бога нет, и рая нет, и ада нет — то все дозволено?![239] А, следовательно — цель оправдывает средства. И если ты самый ловкий, самый хитрый, самый богатый и достиг власти — нет силы, которая тебя покарает за твою подлость. Страдающим от несовершенства мира можно помочь угаснуть, а совесть (если еще сохранилась) легко успокоить щедрой жертвой на благо общины.
И нет ничего удивительного в том, что цари «буржуазных» династий Нандов и Маурьев сделали все, чтобы превратить буддизм в первую в истории мировую религию. Император Ашока, например, даже послал в Грецию, Египет, Македонию, Киренаику (Северную Африку) специальные посольства, чтобы проповедовать там учение Будды. И если античные источники ничего не сообщают нам о судьбе этих проповедников, то в более близких

странах распространение буддизма шло гораздо успешнее. Буддизм вскоре распространился в Восточном Иране, на Шри-Ланке (Цейлон), в Средней Азии, Китае, на Тибете, в Сибири и Японии. Может быть, в этом не последнюю роль сыграло то обстоятельство, что на экспорт отправили «большую колесницу», а не «узкий путь»?
В самой же Индии буддизм был вытеснен на периферию общественного сознания новой религией — индуизмом. Это была вера хамита, окончательно восторжествовавшего над своим завоевателем-арием. «Основу индуизма составляли архаические верования многочисленных народов древней Индии: культы деревьев, гор, водоемов, животных (таких, как змея, корова, обезьяна, слон). И поныне в индуизме огромную роль играет поклонение бо- гине-матери, распространены весьма примитивные суеверия»1.
Критика индуизма выходит за рамки данной книги, но для понимания его сути стоит привести один пример. В Бхагавадгите («Песнь Господа»), поэме, содержащей основные черты идеологии индуизма, приводятся слова Кришны (воплощения одного из верховных индуистских божеств — Вишну) о том, что мораль относительна и определяется происхождением человека. У каждого человека в этой жизни свое предназначение и свой долг, и то, что для одного является добродетелью, для другого — грех. Этот нравственный релятивизм означал окончательное забвение того, что говорил Заратустра о борьбе добра и зла и месте ариев в этой вселенской битве.
Так кончилась индоарийская цивилизация. Европе она не дала ничего, кроме оранжевых одежд, Камасутры и мифа о никогда не существовавшем «индоевропейском» народе.

  
<< | >>
Источник: Манягин В. Г.. История Русского народа от потопа до. 2009

Еще по теме Глава 24 ИНДОАРИЙЦЫ:

  1. ГЛАВА IX. ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ: ГЛАВА ГОСУДАРСТВА И ПРАВИТЕЛЬСТВО § 1. ГЛАВА ГОСУДАРСТВА
  2. ВВЕДЕНИЕ, ИЛИ ГЛАВА «О МЕТОДЕ»              4 ГЛАВА 1. ФРАКТАЛЫ ИСТОРИИ              6 Плутархиада              6 Индекс совпадений              12 Бабочка Лоренца под звездой Вифлеема              19 Аэропланы тьмы египетской              25 ГЛАВА 2. РЕАЛЬНЫЕ ИКС-ФАЙЛЫ              39 «Восток» — дело тонкое              39 Величайший обман столетия              46 Нечистый эксперимент              51 В поисках утраченной гравицапы              63 Как из людей делают баранов              73 ГЛАВ
  3. Глава сорок первая
  4. Глава тридцатая * В
  5. Глава первая
  6. Глава первая
  7. Глава двенадцатая 1
  8. Глава двадцатая 1
  9. Книга вторая Глава первая 1 За исключением Camestres, Вагосо, Disamis и Bocardo. —
  10. Глава первая
  11. Глава первая
  12. Глава десятая 1
  13. Глава первая
  14. Глава первая
  15. Глава первая
  16. Глава первая
  17. ГЛАВА 1. ПРИНЦИПЫ ЛЕЧЕНИЯ КРИТИЧЕСКИХ СОСТОЯНИЙ – 1258912.
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -