Отказ от дихотомии «self» — «person»

В признании психологическими антропологами дихотомии «self» — «person» Джеффри Уайт видит основную причину того, что психологическая антропология оказалась на периферии культурной антропологии. Сформировались, считает Уайт, как бы две не связанных друг с другом сферы исследования.
Занявшая ведущее место символическая антропология рассматривает индивида как частицу общества, которое изучает. Психологическая же антропология согласилась с тем, что ее интересует исключительно сам человек, являющийся носителем культуры, его субъективность. Она согласилась с тем, что изучает не коллективные представления, присущие культуре, а индивидуальные представления, присущие членам культуры. Выше мы говорили о том, что в двух основных областях современной культурной антропологии проблема значений решается принципиально по-разному. Символическая антропология изучает культуру как объективированную систему значений, а когнитивная антропология изучает систему значений как ментальную систему. Психологическая антропология, интересуясь субъективным срезом культуры, послушно следуя за когнитивной антропологией, размещает значения (которые для нее неразрывно связаны с поведением, поскольку содержат в самих себе мотивационную составляющую) «в индивидуальных ментальных представлениях, а не в коллективных представлениях их групп»348. Более того, психологическая антропология допускает, что наиболее существенные значения могут лежать вне поля сознания действующего субъекта, быть локализированы в бессознательном. Тогда как символические антропологи, представители антипсихологического крыла в антропологии, стремятся опровергнуть «когниктивистское заблуждение», которое, по их мнению, состоит в том, что культура рассматривается как состоящая из ментальных феноменов, и продемонстрировать публичную и коллективную сущность культуры как «социально установленной структуры значений»349, психологические антропологи, в частности такой авторитетный как М.
Спиро, утверждают, что, если культура есть публичная система, то мысли с не меньшим основанием, чем эмоции, по определению, следует исключить из числа элементов культуры — ведь мышление является субъективным и внутренним процессом. При таком подходе у нас получается, что мы жестко разграничиваем культуру и психологию, что имеет определенное методологическое значение, если после этого сразу будет поставлен вопрос об определении их взаимосвязи. В противном случае мы получаем нонсенс: психологические антропологи своими руками дихотомизируют индивидуальный опыт (предмет психологического исследования) и общественные значения (предмет исследования культурной теории), признает их как две непересекающиеся реальности, что противоречит просто здравому смыслу. Наоборот, утверждает Джеффри Уайт, задача психологического антрополога в этом случае состоит в том, чтобы показать влияние индивидуального опыта на формирование общественных значений и влияние общественного опыта на формирование индивидуального опыта. И то, и другое происходит, с точки зрения Уайта, в процессе дискурса.
<< | >>
Источник: С. В. Лурье. Психологическая антропология: история, coвременное состояние, перспективы: Учебное пособие для вузов. — 2-е изд. — М.: Академически Проект: Альма Матер. — 624 с.. 2005

Еще по теме Отказ от дихотомии «self» — «person»:

  1. Дихотомии
  2. ДИХОТОМИЯ КОРОЛЬ-ЖРЕЦ
  3. ВТОРОЙ ТИП ДИХОТОМИИ: ДАЛЕКОЕ/ЕДЙНОЕ
  4. 6.1. Преодоление дихотомий: габитус, поле, капитал
  5. ДИХОТОМИЯ ФАКТ-ЦЕННОСТЬ
  6. Дихотомии человеческого существования
  7. t.t. Теорешсо-»яеп?рамемталъна* дихотомия
  8. 3.2. Ограниченность дихотомии Север — Юг в глобалистике
  9. Глава 1 КОНЦЕПЦИЯ ДВУПОЛУШАРНОЙ СТРУКТУРЫ МИРА: СМЫСЛ ДИХОТОМИИ ВОСТОК — ЗАПАД
  10. 6. Отказ от наследства
  11. §73 Завещательный отказ
  12. 1. Отказ от права обжалования.
  13. Отказ в переводе помещения
  14. Статья 23. Отказ в государственной регистрации
  15. ЗАЧЕМ НУЖЕН ОФИЦИАЛЬНЫЙ ОТКАЗ ОТ НАСЛЕДСТВА?