загрузка...

14.1. Состояние исследований по проблеме нового среднего класса на Западе

Категория «средний класс» имеет длинную предысторию в качестве понятия ненаучного интеллектуального сознания. Со времен Аристотеля к ней обращались многие выдающиеся умы. Теоретическую легитимацию и измерение понятие «средний класс» впервые получил в Западной Европе середины XIX в. в контексте дискуссий о трансформации буржуазии как среднего класса феодальной эпохи в правящий класс капиталистического общества. На периферии этого ставшего господствующим класса функционировали промежуточные слои и группы, включавшие мелких предпринимателей и чиновников, а также менеджеров предприятий, коммерсантов и работников свободных профессий, которые, по существу, выступали в качестве интеллектуальной обслуги собственников, непосредственно примыкая к ним. Это традиционный средний класс, с длительной историей, который в ином концептуальном контексте именовался мелкой буржуазией.

В связи с развитием индустриализма в начале XX в. численность традиционного среднего и рабочего классов стала снижаться. В то же время стал расширенно воспроизводиться новый слой — получающие жалованье служащие, занятые в офисах и на инженерно-технических должностях. В очерке, написанном в 1912 г., немецкий экономист Э. Ледерер назвал эту группу новым средним классом [Lederer, 1975].

Макс Вебер в своей теории среднего класса выделил две категории: 1) «нижние средние классы» (крестьяне, ремесленники, мелкие торговцы); 2) профессионалы (специалисты, чиновники, интеллектуалы, администраторы). Он не дал обстоятельного описания среднего класса, но выделил ключевые черты этой категории — владение собственностью и (или) профессиональный капитал. Средний класс, согласно Веберу, в будущем должен увеличиваться количественно и качественно за счет категории бюрократии, значимой для функционирования рыночного общества.

Переход в 1930—1940-е гг. к массовому конвейернопоточному производству массовизация потребления материальных благ и услуг, включая охрану здоровья и образование, резкое возрастание численности колледжей и университетов, увеличение значения в материальном производстве технического и конструкторского персонала — все это лишь ускорило процесс возникновения массовых групп населения с доминирующим доходом в виде заработной платы и функциями, связанными с умственным трудом. Представителей этого класса характеризовали отличные от других слоев социальные черты, такие как высокая озабоченность местом жительства, высокий уровень затрат на здоровье, стремление к получению престижного образования и инвестированию в образование детей, повышенный интерес к средствам массовой информации, особенно к пропаганде стабильности социальной структуры, основанной на ценностях нового среднего класса.

В современной западной литературе можно выделить два основных направления изучения нового среднего класса — либеральный (градуалистский) и неомарксистский (функционалистский), т.е. рассмотрение реальных отношений между реальными группами. В либеральном подходе индивиды разме шаются по шкале «выше—ниже» не по занимаемым функциональным позициям в обществе, а в соответствии с социально- экономическими критериями и самооценками (доход, число комнат в доме, профессиональный статус, величина и структура доходов/расходов в семье, образ жизни, самоидентификация и т.д.).

Как мы уже показали выше в п. 5.4, большой вклад в развитие градуалистского подхода в 1940-е гг. внес американский социолог У. Л. Уорнер. Он осуществил крупномасштабное эмпирическое исследование социальной структуры и функций территориальной общности на северо-востоке США. Ему и его соавтору П.С. Ланту удалось зафиксировать состояние среднего класса в типичной ситуации процветающего американского небольшого города на начальной стадии его массового становления. Уорнер при этом опирался на субъективные критерии стратификации, а именно на взаимные оценки социального статуса членами общины.

Градуалистская линия, шедшая от Уорнера, стала мейнстримом американской социологии вплоть до наших дней, проходя через все массовые издания, учебные пособия и т.д.

Все же характерное для американских авторов расширительное определение границ среднего класса вызвало серьезные сомнения в среде европейских либералов-социологов. Решающую роль в переосмыслении проблемы границ среднего класса, раскрытии подлинных серьезных различий между «синими» и «белыми воротничками» сыграли работы Голдторпа, Гидденса и др.

Результаты фундаментального исследования, проведенного знаменитой кембриджской группой социологов в составе Дж. Голдторпа, Д. Локвуда, Ф. Бечхофера, Дж. Платта в течение 1960-х гг., подтвердили на надежном эмпирическом материале суть характерологических различий между работниками физического и умственного труда и развеяли сложившийся в конце 1950-х гг. миф о сближении рабочего класса со средними слоями [Goldthorpe et al., 1968, 1969].

Голдторп и его коллеги выявили, что, несмотря на улучшение благосостояния рабочих, стиль их жизни и отношение к работе существенно не изменились. Оказалось, что у пред ставителей рабочего класса отличные от «белых воротничков» трудовые мотивы. Ими движут в основном лишь материальные факторы, а отнюдь не возможности карьерного роста, повышения социального статуса или иные социально-психологические стимулы. Большинство рабочих заявили, что их жизненная цель — заработать как можно больше денег, а затем перейти на более легкую работу или уйти на покой.

При всей значимости корректив, внесенных Голдторпом и его соавторами в либеральную градуалистскую классовую схему, ее основа оставалась неизменной. Она лишь фиксирует различия по значимым, но не определяющим потребительским характеристикам сообществ людей. Не даром многие «градуалистские» исследования, как правило, проводились в небольших городах (local communities) и не затрагивали коренных, сущностных отношений между людьми в обществе- нации, в частности отношений эксплуатации. В то же время критическое восприятие либерального подхода требовало учета жизненных реалий, правдиво раскрытых либералами, а именно признания устарелости упрощенной, доминирующей у марксистов полярной картины социального мира. В механизм классообразования необходимо было вписать «новый средний класс», что требовало существенного переосмысления теории общественных классов и социальной стратификации в их взаимосвязи.

Эта задача была решена неомарксистами, среди которых решающий вклад в понимание и объяснение классовой структуры современных обществ внес американский социолог Э.О.

Райт (Висконсинский университет). Публикации его работ, получившие широкое признание в научных кругах, появились в 1970—1980-е гг. Дальнейшее развитие и обоснование автором своей концепции продолжается и поныне.

Он выделяет три взаимосвязанных критерия для определения классовой структуры: первый — фактор собственности и отношения эксплуатации; второй — отношение к власти, участие в контроле производственного процесса; третий — обладание специфическим видом власти — неотчуждаемым ресурсом (специальные знания и умения, формализованные в квалификационных дипломах).

Первый критерий дает возможность выделить класс капиталистов, которые владеют средствами производства, используют труд наемных работников и контролируют производственный процесс. Но по этому же критерию выделяют и традиционный средний класс — группы самостоятельно занятых, т.е. мелких предпринимателей, коммерсантов, ремесленников. Это традиционный средний класс с длительной историей, который в ином концептуальном контексте именовался мелкой буржуазией. Наемные работники, рабочие (эксплуатируемые) не владеют средствами производства и продают свою рабочую силу капиталистам.

Второй и третий критерии объясняют классовую позицию таких многочисленных групп в современном обществе, как менеджеры и профессионалы. Критерий «участие в контроле» позволяет объяснить позицию менеджеров разного уровня: они осуществляют власть, делегированную им собственниками для контроля над процессом производства и руководства работниками (контроля чужого труда), но в то же время они, так же как и рабочие, контролируемы и несамостоятельны в процессе производства. Владение квалификационными дипломами определяет специфический вид власти и тем самым особую классовую позицию профессионалов (экспертов, специалистов). Райт отмечает, что местоположение профессионалов, обладающих знаниями и дипломами, также как и менеджеров, является двойственным, близким одновременно как собственникам, так и рабочему классу

В то же время и менеджеры, и профессионалы как наемные работники являются обладателями специфических по отношению друг к другу ресурсов, закрепляющих их в разных сегментах рынка труда. Основным ресурсом профессионалов является человеческий капитал, а администраторы и менеджеры (наемные работники) используют такие ресурсы, как организационный и властный капитал [Wright, 1985; 1997; 2000]. (Наилучший разбор и критику концепции Э.О. Райта см. в: [Куценко, 2000].)

Профессионалы и менеджеры и составляют ядро «нового среднего класса». Если традиционный средний класс обладает собственностью на средства производства, то новый средний класс — властным и человеческим, а также культурным и социальным капиталами, что делает их носителей сравнительно независимыми, активными участниками гражданских отношений.

Менеджеры образуют специфический социально-профессиональный слой внутри нового среднего класса. Это наемные работники, занятые организаторской деятельностью в системе управления предприятием, фирмой, учреждением, наделенные субъектом собственности определенными полномочиями. Что касается профессионалов, то к ним относят работников исполнительского умственного труда, чьи занятия носят высокостатусный характер и требуют специального продолжительного образования.

Функциональный подход позволяет адекватно раскрыть проблему нового среднего класса, поскольку предполагает понимание реальных функций социальных групп в обществе. Новый средний класс несет креативно-продуктивные функции, его ядро образуют креаторы, инноваторы. Старый средний класс также выполняет общественно полезные функции в продуктивном и сервисном блоках экономики, без которых общество также не может существовать. Таким образом, функционально это два разных средних класса.

В то же время следует принять во внимание, что по значимым характеристикам и старый, и новый средний классы являются носителями во многом совпадающих свойств. К ним можно отнести более высокий, чем у рабочих, уровень доходов, сходные параметры владения движимым и недвижимым имуществом, сходные стереотипы поведения, обеспечение определенного качества жизни (повышенное внимание к здоровью и образованию членов семьи), капитал или интеллектуальный ресурс, позволяющие обеспечивать относительную устойчивость в социальном статусе, экономическую и гражданскую независимость.

Однако только представители нового среднего класса являются опорой и гарантом структурных изменений в экономике и обществе. Они обладают высокой адаптивностью, значительными социальными притязаниями, социальной активностью и интенцией к ориентации на легальные способы ее проявления. Для них приоритетами являются поддержание социально экономической динамики, т.е. экономического роста, эффективной занятости, перспективы роста реальных доходов, снятия различных преград для повышения социального статуса.

В последние два десятилетия по мере перехода развитых стран к информационной экономике в социальном статусе и составе нового среднего класса происходят значительные изменения. Новый период развития нового среднего класса начался с падением государства всеобщего благосостояния в связи с переходом к информационному обществу — новому этапу развития западной экономической жизни. Социальные изменения весьма активно коснулись средних слоев [Esping- Andersen, 1996, p. 1—31]. Начался процесс падения роли в обществе и уровня жизни так называемого нового среднего класса, ставшего уже на тот момент традиционным.

На смену прежнему социальному разделению в составе наемных работников между новым средним классом и рабочим классом приходит социальный разлом между информаци- ональной современной рабочей силой, воплощенной в элитной части среднего класса, и основной массой национальных отрядов рабочей силы — родовой рабочей силой. 14.2.

<< | >>
Источник: Шкаратан О. И.. Социология неравенства. Теория и реальность / Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики. - 526. 2012

Еще по теме 14.1. Состояние исследований по проблеме нового среднего класса на Западе:

  1. О.П. Бибикова, к.э.н. Н.Н. Цветкова. Страны Востока в контексте современных мировых процессов: социально-политические, экономические, этноконфес- сиональные и социокультурные проблемы., 2013
  2. В. Т. Харчева. Основы социологии / Москва , «Логос», 2001
  3. Суриков И. Е.. Очерки об историописании в классической Греции, 2011
  4. Вергелес Г. И., Матвеева Л. А., Раев А. И.. Младший школьник: Помоги ему учиться: Книга для учителей и родителей, 2000
  5. Е.В. Веницианов и др.. Экологический мониторинг: шаг за шагом, 2003
  6. Комиссаров В. С.. Российское уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов., 2008
  7. Л.Б. Черноскутова. СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫСОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА, 2013
  8. Смоленский М.Б.. Конституционное право Российской Федерации: учебник, 2007
  9. Момджян К.Х.. Введение в социальную философию, 1997
  10. Исаев Б., Баранов Н.. Современная российская политика: Учебное пособие. Для бакалавров, 2012
  11. Тощенко Ж.Т.. Социология. Общий курс. – 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Прометей: Юрайт-М,. – 511 с., 2001
  12. Е. М. ШТАЕРМАН. МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ, 1961
  13. Ницше Ф., Фрейд З., Фромм Э., Камю А., Сартр Ж.П.. Сумерки богов, 1989
  14. И.В. Волкова, Н.К. Волкова. Политология, 2009
  15. Ши пни Питер. Нубийцы. Могущественная цивилизация древней Африки, 2004
  16. ОШО РАДЖНИШ. Мессия. Том I., 1986