ЛЕКЦИЯ 11

  Теперь давайте спустимся с интеллектуальных высот к материальному и даже к наиболее земному и телесному — к национальной еде, пище, кухне, блюдам. Они предлагают нам текст большого значения и должны быть проинтерпретированы с национальной точки зрения.
Может быть, следует начать с некоторых общих идей касательно философии еды.
Каждый этнос рождается на своей земле его Природиной — так же, как растения и животные разных видов и пород здесь. Все они — инкарнации (воплощения) местного Космоса, который для них — род божества. Будучи составлены из ткани этого Космоса, они имеют с ним одинаковую субстанцию и состоят из аналогичной композиции четырех элементов. В процессе еды все отдельные существа, в том числе и человеческие, воссоединяются с целым снова, с национальным Божеством и его божественным миром, подкрепляют в себе субстанцию, односо- ставность с ним.
Еда — есть религиозный акт. Ведь что такое, в сущности своей, Религия? Термин re-ligio происходит от латинского re-lig- аге, что означает «вос-со-един-ять», «снова связывать», «вос- связывать», — предполагая, следовательно, тем самым, что нечто было отделено и имеет нужду вернуться, периодически возвращаться в свое родное Единство.
Существа: деревья, бабочки, тигры, торговцы — могут ощущать себя независимыми и совершенными —до момента, когда голод и жажда возникают в их организмах. Эти чувства — канаты и цепи, что волокут нас домой, в наше исходное родительское сообщество. Голод и жажда — это нам — memento mori (= помни, что умрешь) и memento religare (помни, что надо воссоединиться)—суть религиозные чувства и сигналы внутри нас. Вот почему термин comm-union («коммуна», «со-един-ение») употребляется для обозначения акта «при-част-ия» (и тут идея: часть и целое — в значении слова). Принятие пищи — всегда священнодейство, акт сакрального соединения моего тела, кости и плоти моих, — со вселенной, чтоб состоять в гармонии с нею. Так что в пище мы съедаем нашего бога, некую часть от него прикусываем...
В священной книге индусов «Бхагавадгита» есть мистическое учение о том, что Мир, в своей сущности, есть «жертва Брах- мо» — тела и духа этого величайшего их божества, равного Абсолюту. И в самом деле — как функционирует Бытие? Каждое сущее жертвует собой всякому другому. Смерть дерева есть жизнь очага, где вы греете тело, или стола, где вы читаете эту книгу. Бытие совершается как взаимное любезное или вынужденное и враждебное — служение существ друг дружке. Жизнь есть жертвоприношение, История — алтарь; развитие = обмен жизнью и смертью между существами — процессы, что именуются в науке как «ассимиляция» и «диссимиляция» (оба от корня simil = «подобный», так что эти заграничные термины можно проще понимать: как «уподобление» и «расподобление»). Так что тут содержатся те же идеи единения и разъединения, как и в «ре-л и гии».
Итак, в акте питания некоторые части местной Природы предложены в жертву, чтобы продлить существование другим организмам. Однако в акте съедения я в то же время предлагаю свое тело — как трубу иль туннель, насос, чтоб частицы окружающей материи трансформировались из одного состояния вещества в другое, из одного вида и формы (яблоко, мясо, хлеб) — в «экскременты», уравнивая все в месиве, выполняя работу энтропии, возвращая материю в ее первичный статус materia prima, которая есть потенция для возможного развития в разнообразные формы и существа.
Теперь, что такое ЕДА? Еда, пища — есть та часть национального Космоса, внешнего мира, которая пригодна войти внутрь нас, в святилище нашей тонкой и нежной внутренности, внутреннего мира. Вот почему диета и ритуальные посты для очищения заповедуются в любой религии. Некоторые книги Ветхого Завета («Левит» и «Второзаконие», в особенности) содержат детальные диетические предписания, различая «кошерную» пищу, чистую, от грязной, «трефной». Также и возможные сочетания предусматриваются. «Не вари козленка в молоке его матери» — эта заповедь блестяще анализировалась антропологом Фрэзером в его «Золотой ветви». Смысл диетического этого предписания — в том, чтобы не смешивать молоко с мясом, потому что они противоречат друг другу...
Для Еврейства диетические предписания, введенные в библейский период их истории, стали оплотом их этноса, потому что они утратили свой Космос, Природину, и лишь плоть тел их народа оставалась родною в течение двух тысячелетий существования в диаспоре на территории космосов, чуждых их плоти и крови. Специфическая их диета играла роль границ «страны» из тел; то были стены и барьеры, что удерживали этнос от растворения.
Другие народы могут быть более свободны и открыты в своих диетах, потому что природа, среди которой они живут, обучает их практически каждый день и корректирует их ошибки — через болезни и смерти. Но евреи не могли себе позволить такой экспериментальный метод проб и ошибок: он стоил бы им слишком дорого; так что они должны были придать законам диетики сакральный статус, подтверждая их авторитетом Священного Писания. Прочие народы устраиваются в этом отношении проще — обычаями и традицией.
Итак, Пища = посредник между нашей внутренней жизнью и наружным окружающим миром, между большим Макро-Космо- сом вокруг человека и его микро-космосом.
Что же может войти в наше тело напрямую в его наличной форме, не прибегая к приготовлению пищи, сваренное самой Природой? Фрукты, орехи, ягоды. Они приподняты над землей стеблями и стволами и пропитаны солнцем и водой (дождей и Росы). Это значит, что сама Природа подвергает эти куски земли крещению водой и огнем. Потому что именно такую процедуру («крещение», баптизм!) должна пройти любая материя и любое вещество, чтобы приобрести то качество, в каком оно может получить допуск в святилище человеческого тела. У врат этого Эдема стоят два херувима с мечами: один — с огнем, другой— с водой.
Фрукты, ягоды — сладки. Сладость — есть огне-вода, что есть сок Эроса.
Какие же части животных мы можем потреблять в их естественной форме? Яйца птиц. Молоко животных, млекопитающих. Икру рыб. Что общего между всеми ними? Они — семена, так же как плоды, орехи, ягоды. Все они — результаты жизни и развития природных существ. Следовательно, человеческое существо начинает с того пункта, на котором Природа заканчивает. Здесь — род эстафеты: человек принимает ее от растений и животных, чтобы продолжать эстафету Бытия не на уровне «го- нии», а уже на уровне «ургии», искусства (не естества), изобретения.
Подобное же может быть сказано и о минералах. Соли и витамины суть результаты химического развития земных элементов. Они, так сказать, волшебные сказки (английский термин, что я тут употребил: fiery tales = «огневые сказки», «рассказы огня», — дает основание для следующего шага мысли...) земли и солнца. Соль действует подобно огню: она прекращает органические процессы в плоти. В некоторых языках «соль» и «солнце» имеют тот же корень.
В области Пищи — два полюса: совершенно естественная и совершенно искусственная (когда больной получает пищу в форме раствора через трубку прямо в вены). И в XX веке наука и техника изобрели множество видов искусственной пищи в своих лабораториях. ^
Вмешательство в природу, «ургии» в «гонию» нигде не пошло так далеко, как в Соединенных Штатах Америки. Все эти продукты без холестерина, витаминизированные, стерилизованные, «декалоризированные» — все это ухищрения интеллекта и труда. Человек тут не может съесть фрукт, выпить чай, съесть кусок мяса, выпить чашку кофе без того, чтобы не почувствовать в упаковке, дозах, надписях, советах, что неисчислимое множество людей принимает участие в твоем послеполуденном чае с хлебом и маргарином, предвкушая их вкус, разумеется, delicious = «изысканный»! — «Я не могу поверить, что это — не масло!» — надпись на пакете маргарина...
Даже чай промерен малыми пакетиками. Зачем? Может быть, я хочу больше или меньше? И что ты суешь свой нос в интимный акт моего причащения к Божественному миру? Где свобода, личный выбор? Их совершенно невозможно иметь тут, в стране политической свободы. Нет свободы на уровне быта: вся толща цивилизации тут вяжет вас и окутывает. Даже потребности вам предписываются агрессивными рекламами: «Ешь это! Купи то!..» Миллионы новых потребностей изобретаются (дабы дать работу людям в сфере сервиса) — ради вашего же блага, не сомневайтесь! Но ведь каждая потребность лишает вас некоей свободы: новая необходимость, нужда —есть новое рабство. Так что порабощение современного цивилизованного человека, живущего в комфорте в свое удовольствие, окруженного сервисом и услугами, — не менее проникающе в душу и вяжуще твое существование, нежели грубое порабощение силой и цепями, которое характерно для деспотических варварских социумов.
Таким образом, режим тоталитаризма и уравниловки тел, душ и умов до униформы имеет место в США не менее, чем имел в СССР. Даже когда экологически чистые продукты рекламируются (например, вода из горных родников в бутылках), они — то же самое суть изделия труда. И нынешний в Америке культ Природы, даже некоторое помешательство на ее счет — пришли сюда как следствие высочайшего развития индустрии, «ургии». Тут —своего рода «отрицание отрицания» (термин Гегеля). Первое отрицание Природы произошло тогда, когда переселенцы из Старого Света уничтожали индейцев-туземцев и их леса, чтобы пахать и работать самим. Как результат этих усилий, была выстроена эта грандиозная искусственная цивилизация, в которой человек начал страдать уже от искусственных условий существования и испытывать ностальгию по чистой Природе. Это настроение и склонность к естественному бытию и пище —есть уже второе отрицание, отрицание отрицания...
Но возвратимся к философии Еды. Итак, первое различение в ней — пища естественная или приготовленная. «Приготовленная», «сваренная» — это значит: вещество прошло через стихии воды и огня, через их цензуру. Следующее различение —между мужским и женским в еде: пища Ян или пища Инь, если применить эти термины китайской философии, которые усматриваемы во всяком бытии. Пища «ян», «мужская» — это рис, зерно, пшеница, все каши. Также — орехи, мясо, лук, перец. Много огня, солнца, энергии — в этой пище. Она поближе к Небу и делает человека активным, динамичным. Пища «инь» — это картошка, капуста, овощи. Много воды в землях произрастания, в самой плоти этих растений. Подобная пища экстенсивна, большое количество инертной материи входит с нею в ваш организм. Она делает человека пассивным, вялым и сонным. Он уподобляется мирным травоядным животным, как коровы, овцы. Не как звери, мясо-ядущие...
Распределение напитков между странами и народами на поверхности Земли имеет также свою логику. Не случайно, что алкогольные пития запрещены в странах исламского региона.
Что такое — вино, виски, водка?.. Это — огне-вода. Но страны исламского региона расположены большей частью в зоне субтропиков, тропиков, зоне экваториальной. Солнце мощно там, и человеческое существо не имеет нужды в получении дополнительной порции огня. Запрет поглощать свинину (в исламе и иудаизме) имеет тот же смысл.
Напротив, народы, живущие в более северных широтах, со сменой времен года, испытывают нужду в огне-воде, чтобы поддерживать свою кровь против сырой и холодной погоды, мороза. Я обнаружил даже некое соответствие между градусом северной широты и градусом алкоголя. В Средиземноморье пьют легкие вина с 8—10 градусами алкоголя (греки, итальянцы...). Севернее: испанцы, французы... — пьют более крепкое вино: мадера, херес, шампанское, портвейн... — с 12—18 градусами. Горцы на тех же широтах (а чем выше = тем как бы севернее): народы Балкан, Кавказа... — чередуют вино с бренди (ракия, чача...). Еще севернее, где немцы, англичане, поляки, русские обитают, — там пьют водку, шнапс, ром, грог, виски с 40— 60 градусами алкоголя, что соответствует, совпадает с 40— 60 градусами северной широты, где эти народы живут. Между прочим, свинина, мясо грубое и сильное, снабжающее людей дополнительной энергией, любима здесь. Бекон тут известен не только как славное сало (излюбленное блюдо в Англии —яичница с беконом), но знаменит и в именах Роджера и Фрэнсиса Бэконов, великих английских философов.
Еще севернее люди, обитающие возле Полярного круга, пьют чистый спирт (96 градусов). Однажды путешествие вывело меня на берег Северного Ледовитого океана, и там гостеприимные хозяева выставили угощение с местным коктейлем. Он состоял из смеси спирта с шампанским, что равнялось 70 градусам, где как раз и расположена бухта Тикси. Изобретено ими было и красивое имя для этого коктейля северных широт, а именно — «Северное сияние».
Правительства в России периодически предпринимают очередные кампании, чтобы искоренить или ограничить употребление водки русским народом. Но эти кампании обречены на неудачу, ибо они посягают, в сущности, на национальный Космос, его устроение. В человеческом существе, обитающем в этом пространстве Севера Евразии, где царят мать-сыра земля с ее супругом Дедом Морозом, естественна потребность дополучить огня-жара в доступной форме огненной воды — спирта, чтобы одолеть меланхолию, унылость и подавленное настроение (low spirits по-английски, так что тут я игру слов применяю: спирт контра low spirits, чтобы поднять душу к небу во вдохновении—in-spiration). Поэты в России и художники, чтобы одолеть притяжение низа, гравитацию матери-сырой земли, как противовес ей, часто употребляют водку, эту огне-воду, что придает им крылья возлетать в пространство воображения.
Наблюдается резкое различие между кочевыми и земледельческими народами вообще и в отношении к пище в частности. Кочевой стиль жизни эксплуатирует Пространство, земледельческий — ориентирован на Время. Крестьянин, что живет всю жизнь на одном и том же месте, трудится в координации с календарем. Он сеет зерно и ждет, пока оно вырастет, то есть, рассчитывает на работу Времени. Собрав урожай, он должен заботиться о складах, запасах, чтобы сохранить пищу зимой, и о холодильниках, чтобы сохранить ее летом.
Кочевник ездит верхом на своей пище: лошади, верблюде... и пасет стада овец... Он не нуждается в запасах, хранилищах. Верблюд сам есть запас воды в пустыне; лошади, коровы, овцы суть самокормленные и самоходные (автомобили!) запасы еды. Кочевой народ и его стадо — родственники. Архетипы в мышлении кочевого этноса большей частью зооморфны. Части тела и органы животных имеют символическое значение. На праздничных застольях (когда «курбан-байрам», например) хозяева, угощая своих гостей, часто преподносят им те органы животного (части головы, в особенности), которые могут связываться с характером или профессией гостя. Язык может быть предложен поэту или, напротив, молчаливому человеку. Дар этот может выражать шутку или насмешку, когда предложен гостю, кто известен как болтун. Ухо может быть предложено музыканту, глаз — охотнику или человеку, кто не замечает неверности своей жены, и т.п. Во всех таких случаях орган есть текст, и его преподнесение равняется произнесению речи.
Эти обычаи демонстрируют то родство, что существует между народом кочевым и его стадом. Следы этих обычаев могут быть найдены в Библии, поскольку древние иудеи были частью кочевым, частью земледельческим народом. Иисус Христос в своих притчах говорит о заблудшей овце, уподобляет христиан овцам среди волков, говорит о стаде свиней в одержимом, — и он же говорит о сеятеле, винограднике, горчичном зерне, смоковнице и т.п. Община христиан уподобляется апостолом Павлом стаду, пастве, а священник именуется «пастырь», «пастор» = пастух... И, наконец, символ жертвенного Агнца применяется к самому Христу.
Что касается американской пищи, то тут ГАМБУРГЕР — очень значительный текст, рассказ и даже философский тезис о Бытии. Он есть быстрая еда для занятого человека, который торопится и для кого время —это деньги. Далее, это —индивидуалистическое кормление одиночной личности (так гамбургер и приготовлен) в отличие от ИНДЕЙКИ в День благодарения, что съедается коллективно, есть общественная трапеза, застолье (для гамбургера не нужно и стола, Пространство сведено до минимума, как, впрочем, и Время: аннигилирована округа Бытия...), род причастия к социуму, блюдо для любви к ближним, друг к другу, для обмена тостами.
Гамбургер есть абстрактная еда —только для получения порции энергии в надлежащее время. Как бензин для автомобиля. Гамбургеру не нужно иметь вкус и запах: его поглощают в рассеянности, обдумывая при этом свой бизнес. Гамбургер съедается в молчании. Ибо, если вы разговариваете в это время, гамбургер, не имея подпоры в виде тарелки или вилки (а это — помощь от субстанции, от матери-земли снизу, от окружающего мира), может выпасть из ваших рук. Так что его надо держать обеими руками, как руль машины.
Питие, скоординированное с такой абстрактной едой, — это кока-кола (пепси-кола) — тоже абстрактная жидкость, продукт индустрии и химии. К гамбургеру может подаваться и соус (или заключен внутри него) — чтобы стимулировать аппетит бизнесмена, кто может быть вовсе и не голоден (атрофировано это естественное чувство, природное), но время питания подошло, и он полагает своим долгом подать порцию топлива в свой работающий механизм.
Теперь рассмотрим структуру гамбургера: его материю и форму. Он есть по происхождению —«бутерброд» (Butter-Brot = масло + хлеб, по-немецки) — на завтрак. В Америке усовершенствовали бутерброд и поместили во время ланча — на «обед», как скорая еда посреди рабочего дня. И он стал самодостаточным блюдом для самосделанного человека, производящего самосделанный мир.
Из чего же состоит гамбургер? Между двух ломтей хлеба помещен кусок мяса (или сыра) в одежде из зелени, — прямо подобно человеку в машине, который есть тоже животное в одежде, кусок мяса между ломтями железа сверху и снизу. Американский кентавр — человек-в-машине есть также гамбургер. И вот: ланч между двумя половинками рабочего дня, человек-в- машине и гамбургер — все они имеют аналогичную троичную структуру. Вот —Тринити-колледж! (Trinity = Троица). Подобно тому, как Человек и его Жизнь есть медиум, посредство, мост между Духом, Небом, мужским и Материей, Землей, женским. Так что гамбургер — космическое блюдо, микрокосм, модель мира, снедаемая американцем в ежедневной литургии.
Одна из моих студенток в Весленском университете, Рэчел Лонг, дала в своей курсовой работе остроумное сопоставление национальных блюд. «Одно из необычных французских блюд— это пылающий (жженый) десерт (flaming dessert). Фрукты и пирожные поливаются ликером, и блюдо ставится на огонь, — и сим французы создают осязаемый и снедаемый образец страсти и огня в их национальном характере... Французская кухня, когда в других странах практикуется, отличается элегантностью и великолепием... А неукротимые пузыри шампанского отображают пылкость (effervescence) французов этого региона, которые празднуют жизнь — так же, как шампанское пьют по праздничным случаям.
Понятие «скорой еды» (fast food) уже существовало, но американский народ возвел его до формы истинного искусства. Американский гамбургер, горячие сосиски (hot dogs = «горячие собаки», если буквально), вариации пиццы поглощаются не из- за их высокой питательности, которая, напротив, весьма низка, и не из-за их тонкого вкуса, который весьма спорен, но из-за быстроты, с которой эта еда может быть приготовлена, приобретена и съедена. Страна усеяна ресторанами Макдональда и иными вариациями на эту тему, и эти установки для еды (eating establishments — хорошее выражение для понимания еды — как тоже производства в Америке. — Г. Г.) всегда находятся вблизи от магистралей или сквозных проездов, потому что эти рестораны рассчитаны на людей в автомобилях и для обслуживания на ходу — так же, как и на тех людей, которые предпочтут вылезти из своих машин и посидеть в ресторане в компании немного времени. Скорая еда —прямое выражение американской ментальности. В стране, где эффективность массового производства — самое важное, соответственно, и подходящая пища, блюдо, единственно выдуманное американцами, — тоже массово производится. Гамбургер — идеальная пища для американца, потому что он всегда в спешке и не хочет быть препятствуем пожирающим время процессом сидения, чтобы есть с другими.
Скорая пища пахнет подобно обертке, в которой она предлагается, и гамбургер так же плох для тела, как и его пластиковый контейнер для окружающей среды.
...Одна из основ итальянской пищи —это «паста» (тесто макаронное); но что необычно, так это то, что этот, в сущности, один и тот же материал повторяется снова и снова, но во множестве дифференцированных форм и фигур. Вы едите спагетти, фетту- чини, лингвини, фюзилли, равиоли, зити, тортелини, манакотти и т.д. Отчего столько форм для одной субстанции? Итальянцы — народ пластически одаренный, что очевидно в их искусстве и в скульптуре...
Пища евреев исполнена символики и традиции. Самая символическая пища на Пасху —это маца, незаквашенный хлеб, который применяется, чтобы представить ту поспешность, с которой евреи были вынуждены покинуть Египет. Тот гнет, что народ испытывал в Египте, символизируется «харосетом», комбинацией из орехов, яблок и циннамона, причем текстура харосета напоминает о цементном растворе, который евреи применяли в кладке кирпичей, а сладкий вкус яблок и циннамона представительствует за сладкую надежду и веру, которую народ никогда не забывал...
<< | >>
Источник: Георгий ГАЧЕВ. МЕНТАЛЬНОСТИ НАРОДОВ МИРА. 2008

Еще по теме ЛЕКЦИЯ 11:

  1. ЛЕКЦИЯ XLIX
  2. ЛЕКЦИЯ LXX
  3. Основные формы обучения в вузе[XI]. Современная вузовская лекция
  4. ВВОДНАЯ ЛЕКЦИЯ К КУРСУ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ
  5. ЛЕКЦИЯ 1.
  6. Лекция 3
  7. Лекция 4
  8. ?Лекция 5
  9. Лекция 6 ?г
  10. Лекция 7
  11. Лекция 9
  12. Лекция 10
  13. Лекция 11
  14. Лекция 12
  15. Лекция 13
  16. Лекция 14
  17. Лекция 1
  18. Лекция 2
  19. Лекция 3
  20. Лекция 4