направления

АБСОЛЮТНЫЙ ИДЕАЛИЗМ - течение англо-амер. философии к. 19 - нач. 2о в. Понятие абсолютной реальности, или абсолюта, сформировалось в классической нем. философии. Согласно Ф.В.Й. Шеллингу и Г.В.Ф. Гегелю, атрибут абсолюта - гармоничное примирение противоположностей.
Однако в их системах понятие абсолюта содержало неявное противоречие, которое не замедлило обнаружиться при дальнейшей эволюции философских идей. Это противоречие между принципом историзма, согласно которому «дух» становится абсолютным в процессе исторического развития, и самим понятием абсолюта как вневременной полноты бытия и совершенства. Приверженцы А.и. отказались от историзма во имя последовательной концепции абсолюта. Вместе с тем в понимании абсолютной реальности у них не было единодушия. Разногласия между ними можно свести к трем позициям. Первая представлена брит, неогегельянцами (тНеогегельянство) Ф.Г. Брэдли и Б.Бозанкетом, вторая - сторонником Персонализма Дж. Э. Мак-Таггартом, третья - Дж. Ройсом, называвшим свою доктрину «абсолютным прагматизмом». В наиболее четкой форме аргументация А.И. развернута в трактате Ф.Г. Брэдли «Видимость и реальность» (1893). Философское мышление, делая предметом своей рефлексии основные построения научного познания, а также представления здравого смысла, повсюду наталкивается на внутреннюю противоречивость используемых в них понятий. В этих понятиях сущность изначально отделена от существования; стремление же преодолеть это разделение вовлекает в бесконечный процесс опосредствования - перехода от одного абстрактного определения реальности к другому. Мысль все время остается в порочном круге взаимообусловленных абстракций. Абсолют противопоставляется этому как единство сущности и существования, мысли и ее осуществления, истины и реальности. Однако мыслить абсолют во всей его конкретности мы не в состоянии, потому что наше мышление остается абстрактным (в этом отличие Ф.Г. Брэдли от Г.В.Ф. Гегеля). Но, поднимаясь на уровень философского постижения действительности, мы все же можем указать на общие логические условия конкретности, т.е. абсолютной реальности. Последняя предстает как всеохватывающая гармонически упорядоченная система, преодолевающая пространственно-временную разделенность вещей и развертывающая все богатство своего содержания одновременно и повсеместно. Индивидуальные вещи и явления, в т.ч. личностное начало, растворяются в абсолюте.

аксиология

Дж. Ройс пытался раскрыть понятие абсолюта с помощью разработанной математиком Г. Кантором концепции актуальной бесконечности. Дж. Э. Мак-Таггарт

истолковывал абсолютную идею Г.В.Ф. Гегеля в персо- налистическом духе: она воплощает в себе искомое равновесие единства и множественности как гармоническая система соотносящихся между собой личностных центров самосознания. Для такого персонализма не существует ничего, кроме личностей, групп личностей, элементов личностей. Однако этот способ мышления рождает проблемы. Универсальную гармонию неповторимых личностей легче постулировать, чем философски обосновать. Монадология Г.В. Лейбница - ярчайшее тому подтверждение. Г.В. Лейбниц решал проблему мирового единства с помощью постулата «предустановленной гармонии», отсылающей к Творцу мироздания. Для персонализма Дж. Э. Мак-Таггарта этот путь закрыт, и ему не остается ничего другого, как отсылать к единящей силе мистической «любви».

Лит.: Бозанкет Б. Основания логики. М., 1914; Bradley F.H. Appearance and Reality. L., 1893; RoyceJ. The World and the Individual. N. Y., 1900; McTaggartJ. Onto- logical Idealism // Contemporary British Philosophy. L., 1924.

АКСИОЛОГИЯ, или философия ценностей (также теория ценностей), - философское направление, возникшее в последней трети 19 в. в Европе. В период своего расцвета между 1900 и 1930 она получила широкое распространение, в т.ч. в англо-американской среде. А. охватывает не только этику ценностей (тценность), составляющую значительную ее часть, но также такие области, как познание, искусство, хозяйство и религия.

В вопросе о том, следует ли причислять А. к теоретической или же к практической философии, нет единого мнения. Сторонники первой версии рассматривают ее в качестве чистого теоретико-аналитического учения о ценностях и возможностях их реализации (метанормативная теория ценностей). Сторонники второй версии понимают А. как учение о желаемом тблаге в границах правильного образа жизни, а также о лежащих в основе этого ценностях (нормативная теория ценностей). Вслед за кантовским тезисом о примате практического, научное исследование познания отчасти также понимается как практическая ориентация на такие ценности, как истина или объективность.

6

аксиология

Понятие ценности употребляется в А. в разных значениях. Его основные систематические значения связаны (і) с благами, которые рассматриваются в качестве чего-то ценного (ценностные объекты), и (2) с ценностями как сущностями или инстанциями, которые позволяют рассматривать те или иные предметы или идеи в качестве наделенных ценностью или смыслом (мера ценности). О ценностном объекте можно сказать: «X обладает некоторой ценностью», о мере ценности - «X есть ценность». Противоположностью ценностного объекта является обесцененный объект, противоположностью меры ценности является негативная цен- ность (Unwert). Ценное и ценностно-негативное (напр.: истина-ложь, добро-зло или прекрасное-безобразное и т.д.) открывают горизонт ценностной дифференциации. Выпадающие из данного горизонта предметы оказываются либо бессмысленными, либо ценностно индифферентными.

Дифференцирование различных основных положений А. может быть произведено при помощи таких пар понятий, как «бытие-значимость», «реальный-идеальный», «субъективный-объективный» и «интеллектуальный-интуитивный». Оппозиции «бытие-значимость» и «реальное-идеальное» связаны с различными сферами, в которых укореняются соответствующие ценности. Сторонники ценностного реализма помещают их в психофизический чувственный мир, сторонники ценностного идеализма - в сферу идеального или ирреального. Тем самым оказывается затронутым вопрос о бытии ценностей. Ценностный реализм воспринимает ценности лишь как ментальные состояния обладающего сознанием организма и, соответственно, остается в плоскости психофизического монизма. Ценностный идеализм, напротив, постулирует дуализм реального и идеального бытия. Понятийная пара «субъективное- объективное» связана с той значимостью, которая приписывается этим ценностям. Она обосновывает противоположность двух теоретических оснований: ценностно-релятивистского и ценностно-объективистского. Если релятивист указывает на зависимость значения ценностей от условий их возникновения в индивидуальном сознании исторически и культурно обусловленного субъекта, то объективист приписывает ценностям независимое от таких условий универсальное существование или значимость. В свою очередь, различие интеллектуального/интуитивного относится к способу познания ценностей.

Общепризнанным историческим основателем совр. А. является Рудольф Герман Лотце, который в ходе проведения им различия сущего и значимого ввел в философию понятие ценности. Р.Г. Лотце пытался найти метафизический смысл как телос мира. Подобные поиски смысла выходят за пределы возможностей естественных наук. Последние, хотя и объясняют причины событий в мире, не могут истолковать их ценность и их смысл. Чтобы провести различие тем, что содержит в себе ценность, и тем, что ценностно индифферентно, необходима некая идеальная перспектива. Данное различие может быть осуществлено посредством эстетического и этического суждений разума, выявляющих «взаимное соответствие сущего и должного» и ведущих к признанию существования абсолютных «образцов» для формообразования жизни, которые обладают внутренней ценностью и поэтому должны быть воплощены. Р.Г. Лотце развивал понятия ценности и идеально значимого в философском сознании, в то же время Фридриху Ницше принадлежала заслуга привлечения внимания широкой публики к А. : это произошло благодаря его работе «Воля к власти» и заявленному ею требованию «переоценки ценностей». Другой предпосылкой возросшего интереса к понятию ценности была та роль, которую это понятие играло в экономической науке 18-19 в. Развитие совр. А. происходит в двух главных направлениях мысли: в рамках формально ориентированной ттрансцендентальной философии (от Р.Г. Лотце через южно-немецкое тнеокантианство и работы Гуго Мюнстерберга вплоть до Ральфа Бартона Перри) и в рамках материально ориентированной феноменологической философии (от Ф. Брентано, через ТЭ. Гуссерля к ТМ. Шелеру и ТН. Гартману).

Принято различать материальную и формальную А. В своем докладе «О происхождении нравственного познания» (1889) Ф. Брентано обращается к вопросу о нравственном обосновании ценностей. Он различает три класса психических феноменов: представления, суждения и эмоции, приписывая последним функцию ценностного познания. В соответствии с этим ценности познаются посредством таких эмоциональных актов, как любовь и ненависть, симпатия и антипатия. Аналогично различию предубеждений и подлинных суждений Ф. Брентано разграничивает акты низшие, инстинктивные, и акты высшей, «правильной», любви. Если познаваемые на первом пути объекты мы лишь «любим и способны любить», то подлинно любимые объекты являются «достойными любви» или «достойными ненависти», благом или злом. Вслед за дескриптивной психологией Ф. Брентано и экономической теорией предельной полезности Алексиус Мейнонг и Христиан фон Эренфельс развивают психологистскую А. Согласно их подходу, ценности можно определить по их фактической «желаемости». X. фон Эренфельс полагал: «Мы желаем вещи не потому, что угадываем в них некую мистическую, непознаваемую сущность «ценности» как таковой, но потому, что приписываем вещам «ценность», желая их». Явно отмежевываясь от такого тпсихологизма, Э. Гуссерль в своих «Лекциях об этике и учении о ценностях» (1908-1914) выдвигает идею создания формального учения о ценностях, аналогичного формальной логике. Однако Э. Гуссерль видел в таком учении лишь пропедевтику к материальной этике ценностных чувств, направленных на ценности как таковые. Материальную этику ценностей, базирующуюся на представлении о существовании неопровержимого, очевидного усмотрения сущности ценностей, в противоположность кантовской этике, развивает М. Шелер в работе «Формализм в этике и материальная этика ценностей» (1913-1916). Цель материальной этики ценностей состоит в том, чтобы создать «учение о нравственных ценностях, не зависящее От к.-л. позитивного психологического и исторического опыта». Нравственные ценности, которые М. Шелер понимал как «строго априорные сущностные идеи», должны быть феноме- нологически, посредством «затемнения» (процедура эпохе) определенных обстоятельств, выделены из «естественной установки». На этом пути М. Шелер разрабатывает типологию видов ценностей, а также основанную на актах предпочтения иерархию ценностей. Второй главной работой по материальной этике ценностей стала книга Н. Гартмана «Этика» (1926). «Ценностной слепоте» совр. человека Н. Гартман противопоставляет необходимость «углубления» ценностного сознания с целью лучшего, ориентированного на добродетель, образа жизни.

Формальная А. неокантианства Баденской школы возникла как прямое продолжение философии ценностей Р.Г. Лотце. Здесь, как и у последнего, ценности понимаются как идеальные значимости; человек должен познавать и воплощать их. В своей статье «Философия культуры и трансцендентальный идеализм» В. Виндель- банд интерпретирует философию И. Канта в качестве трансцендентальной философии ценностей и философии культуры, которые должны дать ответ на quaestio iuris «разумного основания великого здания культуры». В основании трех областей - логики, этики и эстетики -лежит общезначимая ценность разума. Задачей человека является воплотить эти ценности в согласии с образцом разумного универсального «нормального сознания». Ученик В. Виндельбанда Г. Риккерт в работе «Система философии» (1921) дополняет независимые сферы культуры и ценностей такими областями, как мистика, эротика и религиозная философия. Его философия культуры начинается с понятия автономии, интерпретируемой как «всеобщая форма свободы» или как свободное отношение к основным ценностям различных областей культуры. Определение абсолютных ценностей культуры следует из анализа фактических событий культуры как трансцендентально-философской рефлексии в отношении значимости определенных культурных практик. В результате подобной рефлексии Г. Риккерт, в противоположность В. Виндельбанду, уже не рассматривает ценности как составные части некоего трансцендентного разумного порядка. Дискуссия об этике ценностей не ограничивалась немецкоязычным пространством. Об этом можно судить на основании работы Йоханнеса Эриха Хайде «Общая библиография понятия ценности» (1928-1929), во второй части которой указаны многочисленные публикации на различных языках. В англоязычной среде рассуждения об А. содержатся в работах тДж. Э. Мура, У.Д. Росса и Р.Б. Перри. Дж. Э. Мур и У.Д. Росс с позиций интуиционизма исследуют этическую роль блага как ценности в себе («внутренняя ценность»). Своей работой «Общая теория ценностей» (1926), где понятие ценности связывается с понятием интереса, Р.Б. Перри инициировал дискуссию об А. в Америке.

аналитическая философия

А. достигла своего зенита в 1920-1930-е гг. С закатом неокантианства и по мере роста популярности фундаментальной тонтологии ТМ. Хайдеггера, в которой понятие ценности уже не играет никакой роли, А. теряет свое влияние. Начиная с 1970-х гг. в Германии вновь серьезно обсуждается проблематика ценностей. В центре этого обсуждения стоит вопрос: можно ли в условиях совр. плюралистических обществ все еще исходить из неких общеобязательных ценностей? Поиск всеобщего масштаба для ценностей породил в последние десятилетия дебаты о взаимодействии различных культур, об этическом плюрализме и об определении ценностей в различных областях прикладной этики. Тем самым вновь обрело значимость понятие А.

Лит.: Брентано Ф. О происхождении нравственного познания. СПб., 2000; Винделъбанд В. Философия культуры и трансцендентальный идеализм // Винделъбанд В. Избранное: Дух и история. М., 1995; Гартман Н. Этика. СПб., 2002; МурДж. Э. Природа моральной философии. М., 1999; Ницше Ф. Воля к власти. М., 2005; Шелер М. Формализм в этике и материальная этика ценностей // Шелер М. Избранные произведения. М., 1994; Husserl Е. Vorlesungen iiber Ethik und Wertlehre 1908-1914 // Husserl E. Gesammelte Werke. Bd. XXVIII. Dordrecht, 1988; Rickert H. System der Philosophie. Erster Teil: Allge- meine Grundlegung der Philosophie. Tubingen, 1921.

АНАЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ - философское направление, истоки которого уходят в 19 в. К предшественникам А.Ф. можно отнести в первую очередь Бернарда Больцано с его ясным языком, прозрачной аргументацией и попыткой трансформации предметных и понятийных вопросов. Важнейшей вехой становления А.Ф. стал труд ТГ. Фреге «Исчисление понятий» (1879). Благодаря этой работе логика, впервые со времен античности (точнее, с аристотелевской силлогистики), претерпела существенное изменение. Возникновение совр. логики стало фундаментом для развития первого из основных направлений А.Ф. - философии идеального языка. Характерно, что основные работы Г. Фреге, ТБ. Рассела и раннего ТЛ. Витгенштейна, автора «Логико-философского трактата» (1918), по сути, начинаются с вопроса: в чем заключаются основы математики? Исследуя эту проблему, авторы одновременно втягиваются в дискуссии о тфилософии языка. Вторым основным направлением считается 1философия обыденного языка. В ней обыденный язык рассматривается не как нуждающийся в анализе, а как фундамент адекватного описания феноменов. Основной вехой здесь стала работа Л.

Витгенштейна «Философские исследования» (1952); у истоков этого направления - работы тДж. Э. Мура. Основные принципы А.Ф. не слишком новы, но их систематическое развитие привело к возникновению новой формы ориентированного на аргументы философствования. В 1930-е гг. в Германии и Австрии существовало много авторитетных сторонников А.Ф., многие из которых примкнули к тВенскому или Берлинскому кружку.

8

аналитическая философия

В восточно-европейских странах возникла сильная традиция философской логики, до сих пор не утратившая своего влияния (напр., польская логическая школа и примыкающие к ней работы ТЯ. Лукасевича). В период национал-социалистической диктатуры почти все аналитические философы перебрались из континентальной Европы в Великобританию и США, в результате чего А.Ф. на некоторое время стала исключительно англосаксонской. Однако уже вскоре после окончания Второй мировой войны А.Ф. снова прочно обосновалась в европейских странах. Поэтому деление философии на англосаксонскую А.Ф., с одной стороны, и континентальную философию - с другой было правильным лишь применительно к относительно короткому периоду, но на сегодняшний день совершенно неадекватно. Лекции и семинары по А.Ф. входят неотъемлемой частью в философское образование, даваемое во всех европейских университетах. Достаточно давно действуют Европейское общество А.Ф. (ESAP), а также Немецкое общество А.Ф. (GAP). С институциональной т. зр. существование А.Ф.. связано с работой этих обществ и с такими международными специализированными журналами как «Mind», «Erkenntnis», «Synthese», «Nous», «Philosophical Studies», «Journal of Philosophy». Именно благодаря этим журналам А.Ф. достигла в своем развитии чрезвычайно высокого международного стандарта. (Речь идет об основном направлении, тематически затрагивающем все вопросы, а с исторической точки зрения - все периоды.) Отличительной чертой А.Ф. является отказ от спекулятивных построений и литературной произвольности и элегантности в пользу основательной и прозрачной аргументации.

В историческом развитии А.Ф. можно выделить следующие этапы. Первым направлением, выросшим на хрупкой теоретической основе, стала философия идеального языка с ее логико-математическим методом. Затем на передний план вышли «Философские исследования» Л. Витгенштейна. В 1960-х гг. (этот период можно считать третьим этапом) развилось новое ключевое звено А.Ф., представлявшее собой симбиоз обоих направлений. Начался отход от прежней тематической односторонности А.Ф. Если раньше она концентрировалась на вопросах логики и языковых значений, то в этот период в поле зрения А.Ф., вместе с новым методологическим аппаратом, постепенно стали попадать и отчасти были заново реконструированы все систематические вопросы, а также вопросы практической философии (тЭтика, аналитическая этика) и, в конце концов, вопросы истории философии. В результате широко ориентированная А.Ф. стала главным течением философии 2о в. В наст, время в А.Ф. намечается сильная тенденция к междисциплинарным исследованиям философских проблем во всех областях исследований, будь то тэтика вкупе с развившейся биоэтикой и медицинской этикой, или же тфилософия сознания в тесной связи с психологией и исследованием мозга, или же тфилософия права, тесно примыкающая к социологии, а в последнее время - к нейронауке. Все большее число философов признает, что плодотворное и систематическое теоретическое образование существенно зависит от новых знаний, получаемых в других науках, в особенности в науках эмпирических.

Рассматривая становление методического самосознания А.Ф., можно выделить две фазы: т.н. ^«лингвистический поворот», произошедший на начальной стадии, и «когнитивный поворот», начавшийся в 1970-е гг. В течение первой фазы происходит переход от предметных вопросов к вопросам о значении. Отличительная черта авторов, специализирующихся на философии идеального языка, состоит в том, что они посредством логического анализа обыденного языка стремятся сконструировать идеальный язык, в котором может быть выражено все, что выражается осмысленными предложениями обыденного языка, но с большей ясностью, точностью и логической определенностью. Кроме того, философия идеального языка выработала методическое средство рациональной реконструкции. В ттеории познания пытаются определить фундамент познания, а в теории науки - фундамент науки, т.о., чтобы устранить из описания психологические аспекты, влияющие на возникновение феномена, в пользу факторов, существенных для его логического обоснования. Философия обыденного языка разработала два особых метода: понятийный анализ и терапию. В своих «Философских исследованиях» Л. Витгенштейн развивал и практиковал представление, согласно которому философ исследует проблему как болезнь. Болезнь - это заблуждение; философия стимулирует ее своими неразрешимыми вопросами. Терапия состоит в том, чтобы перевести понятия, существенные для возникновения философской проблемы, из метафизического использования в повседневное употребление и т.о. разоблачить видимость проблемы. Вероятно, это восприятие философа как терапевта потеряло свою привлекательность по той причине, что разрешение философских проблем часто оказывалось недостаточно обоснованным и, в лучшем случае, сводилось к позиции незнания. Однако философия обыденного языка выработала не только скептический, но и конструктивный метод - понятийный анализ, - получивший гораздо большее распространение. Речь идет о стратегии информативного объяснения одного понятия другим. На примере понятия «ложь» становится ясно, что подобные расширяющие познание объяснения понятий возможны, хотя исходное понятие и поясняющие понятия необходимым образом связаны друг с другом. Так, большинство людей сначала скажут, что лгать - это то же самое, что говорить неправду, но говорящий не лжет, если он просто неверно осведомлен. Поэтому второй шаг анализа обычно выглядит так: лгать значит утверждать то, что считаешь ложным. Однако и в этом случае не учитывается наша интуиция. Предположим, я знаю, что София считает меня явным лжецом, но она может получить лишь от меня нужную информацию о том, какой из двух возможных путей ей следует выбрать. Если я искренне посоветую ей путь А, она подумает, что я лгу, и выберет неверный путь В. Если же я хочу сообщить ей верную информацию об А, которой она поверит, тогда я должен указать на путь В, который я считаю неверным. Этот случай мы не можем квалифицировать как ложь, поскольку мое намерение состояло в том, чтобы София получила верную информацию. Итак, лгать значит утверждать то, что считаешь неверным, намереваясь заставить кого-либо поверить в истинность утверждения. Данный понятийный анализ правилен; при этом оба использованных понятия ни в коем случае не лишены информации, т.к. их связь вскрывается посредством разносторонних рассуждений, далеко выходящих за рамки обыденной языковой компетенции. Такой способ понятийного анализа широко использовался в философии обыденного языка, в частности Г. Райл в своем «Понятии сознания» (1949) вскрыл понятийную сеть, или, другими словами, логическую географию наших ментальных понятий, и основал новую частную дисциплину-А.Ф. сознания ( Философия сознания).

аналитическая философия

Философия языка была доминирующей дисциплиной в А.Ф. И в период с 1950-х по 1970-е гг. Однако в ключевых работах этого времени уже была преодолена изначальная дихотомия философии идеального и обыденного языка. В этой связи следует отметить позиции таких философов, как тУ.В.О. Куайн, ТД. Дэвидсон и П. Грайс. У. В. О. Куайн стремился обосновать языковое значение эмпирическим научным способом. Он предположил, что языковое значение исчерпывается воздействием на субъекта той или иной ситуации восприятия, а также согласием или несогласием субъекта с соответствующими высказываниями (тНатурализм). Развитая У.В.О. Куайном эмпирическая концепция значения привела его к знаменитому тезису о неопределенности значения. Такое сужение темы было отвергнуто Д. Дэвидсоном, разработавшим альтернативную теорию значения, в центре которой находится благожелательная интерпретация говорящего слушателем. П. Грайс, напротив, сводил существенную часть значения к субъективному мнению говорящего и т.о. сущ- ностно увязывал языковое значение в его радикальном применении (начиная с работ позднего Л. Витгенштейна) с ментальным (психологическим) состоянием субъекта. Чем более серьезно учитывалась роль ментальных состояний в теоретическом образовании, тем настоятельнее возникал вопрос: чем являются эти состояния и как они относятся к состояниям физическим. На первый план выдвинулась классическая проблема тела и души, что привело к возникновению А.Ф. сознания. Параллельно в аналитической этике происходил переход от основанной на чисто теоретических значениях метаэтики к практической этике, образовавшей, в свою очередь, новые ответвления в контексте когнитивного поворота в направлении биоэтики и нейро- этики. Хорошо известной областью применения философии является область т.н. «Я-мышления». Обладание Я-мышлением представлялось И. Канту некой не поддающейся анализу базовой способностью. Лингвистический поворот способствовал началу поисков значения «Я»-высказываний. Были предложены различные ответы, например: «Я» ничего не обозначает (Л. Витгенштейн) или «Я» обозначает личность как единство психических и физических особенностей (ТП. Стросон). Однако даже если счесть проясненным вопрос о значении слова «Я», остается непонятым, почему «Я»-мыш- ление не требует идентификации. Когда я размышляю о себе, мне не требуется идентифицировать себя ни посредством описания, ни к.-л. другим способом. Поэтому здесь нет ошибки и ложной идентификации субъекта «Я»-мысли. Постепенно дискуссия о «Я»- мышлении превратилась из исследования значения «Я»-высказываний в обсуждение когнитивной роли «Я»-мышления. Ключевую роль здесь играет работа Джона Пэрри «The Problem of the Essential Indexical» (1979). Именно Дж. Пэрри ввел различие между семантическим содержанием и когнитивной ролью мысли. Во время когнитивного поворота получили развитие и междисциплинарные исследования «Я»-мышления. Другим «полигоном», на котором хорошо демонстрируется лингвистический и когнитивный поворот, оказывается ттеория познания. Философский анализ, зародившийся еще в античности, рассматривает знание как истинное и обоснованное мнение. В его основе лежат следующие соображения. Знать нечто можно лишь в том случае, если (і) имеешь соответствующее мнение, (2) если это тебе не просто кажется, а для этого имеются хорошие основания и, наконец, если (3) мнение верно. Примером лингвистического поворота В А.Ф. может служить дискуссия, развернувшаяся в связи с этим классическим пониманием знания. Неполнота классического определения была продемонстрирована Э. Гетье на конкретных примерах. Он показал, что при классическом подходе, даже если условия определения выполнены, может оказаться, что невозможно говорить о знании. Предположим, есть два близнеца - Том и Петер. Я знаком только с Томом и ничего не знаю о существовании его брата-близнеца. Однажды утром я вижу, как Петер, выглядящий как Том, входит в парикмахерскую. Я думаю, что Том находится в парикмахерской. Интуитивно мы считаем, что при этом речь не идет о знании, поскольку я видел Петера, а не Тома, и не могу знать, где находится Том. Тем не менее в этой ситуации возможно выполнение трех условий знания: (1)

У меня есть мнение (что Том в парикмахерской). (2) У меня есть хорошие основания для этого мнения, аналитическая философия (3)

поскольку я видел, как некто, выглядящий как Том, входит в парикмахерскую, (з) Вдруг оказывается, что в тот момент, когда в парикмахерскую входил Петер, Том также находился в парикмахерской (т.о., мое мнение оказалось верным). Хотя здесь выполнены три условия знания, мы, тем не менее, интуитивно не хотим говорить о знании применительно к этой ситуации. Решающий момент здесь - отсутствие подходящих причин для моей убежденности: хотя у меня есть хорошие основания, они все же недостаточно прочны. Данные соображения способствовали интенсивным поискам дополнительных условий для определения того, что такое знание. В рамках дискуссии о знании эта чисто понятийно-аналитическая работа все больше стала превращаться в междисциплинарное исследование знания и восприятия, что типично для «когнитивного поворота» 1970-х гг., начало которому положил поворот лингвистический. В рамках исследований восприятия и знания Фред Дрецке высказывал аргументы в пользу того, что мы должны ясно отличать наш собственный взгляд от суждений восприятия: в то время как содержание восприятия (то, что мы видим) определено непонятийным способом, суждение восприятия определено понятийно. Если принять такую т. зр., тогда лингвистическому анализу можно подвергнуть только суждение восприятия. И, напротив, восприятие само по себе оказывается доязыковым, т.е. непонятийным. Т.о., необходим новый подход для такой узкой области, как ттеория познания, а именно - когнитивное исследование восприятия, основанное, в своих новейших проявлениях, на междисциплинарном подходе.

Лит.: Аналитическая философия: Становление и развитие (антология) / Под ред. А.Ф. Грязнова. М., 1998; Никоненко С. В. Аналитическая философия. Основные концепции. СПб., 2007; Аналитическая философия / Под ред. М.В. Лебедева, А. 3. Черняка. М., 2006; Пас- сморДж. Современные философы. М., 2002; AyerAJ. Philosophy in the Twentieth Century. L., 1982; DummitM. Origins of Analytical Philosophy. Cambridge (MA), 1993; NewenA. Analytische Philosophie: zur Einfiihrung. Hamburg, 2005; Soames S. Philosophical Analysis in the Twentieth Century. 2 vol. Princeton, 2003; Stroll A. Twentieth- Century Analytical Philosophy. N. Y., 2000.

АНАЛИТИЧЕСКОЕ КАНТИАНСТВО - НАПРАВЛЕНИЕ ИСследований, возникшее в англо-амер. философии в 1960-х гг. и нацеленное на решение сформулированных И. Кантом задач средствами Аналитической философии. Появление и развитие А.К. связано с более широким процессом пересмотра отношения к традиционной тметафизике, характерным для аналитической философии этого периода. Ведущим философом А.К. является ТП. Стросон. А.к. - плод интереса аналитических философов к теории познания И. Канта. Поставленные в «Критике чистого разума» проблемы созвучны анали-

IO

тическим исследованиям организации человеческого сознания. Работы раннего этапа предлагают реконструкцию кантовской теории познания на эмпирист- ской основе. Дальнейшей тенденцией стало стремление к более целостному восприятию идей И. Канта. Так, амер. философ Г. Эллисон предлагает «положительную» интерпретацию трансцендентального идеализма. Известны также работы П. Гайера (главного оппонента Г. Эллисона), К. Америкса, П. Китчер (интерпретации с позиций тфилософии сознания), Б. Лонженесс (интерпретация учения о категориях), Р. Хоуэла, К. Кассама (трансцендентальная дедукция и «трансцендентальный аргумент» как способ философского рассуждения) и др. В основе А. к. лежит глубокий конструктивный конфликт между предметом исследования - трансцендентальной философией - и эмпиристскими пресуппозициями аналитиков. Разрешение этого конфликта ведет либо к переформулировке кантовских проблем, либо к пересмотру исследовательских предпосылок аналитической философии.

Лит.: Allison Н. Kant's transcendental idealism. L., 1983; Ameriks К. Kant's theory of mind. Oxford, 1982; Bird G. Kant's theory of knowledge. L., 1962; GuyerP. Kant and the claims of knowledge. Cambridge, 1987; HannaR. Kant and the foundations of analytic philosophy. Oxford, 2001; Howell R. Kant's transcendental deduction. L., 1992; KitcherP. Kant's transcendental psychology. N. Y., 1990; Longuenesse B. Kant and the capacity to judge. Princeton, 1998; StrawsonP. Bounds of sense. L., 1966.

<< | >>
Источник: Под ред. О. Хеффе, B.C. Малахова, В.П. Филатова при участии Т.А. Дмитриева. Современная западная философия. Энциклопедический словарь. Ин-т философии. - М.: Культурная революция. - 392 с. . 2009

Еще по теме направления:

  1. ПОИСК НАПРАВЛЕНИЯ
  2. ГУМАНИСТИЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ В ПСИХОТЕРАПИИ
  3. ТРИ НАПРАВЛЕНИЯ НА СЕВЕР
  4. НАПРАВЛЕНИЕ ДЕЛ В РОССИИ
  5. ПОВЕДЕНЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ В ПСИХОТЕРАПИИ
  6. НАУЧНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ
  7. 2.Направления экологии
  8. Направления правовоспитательной работы
  9. § 3. Органически-консервативное направление
  10. § 3. Направленность личности
  11. Когнитивное направление в исследованиях аттитюда
  12. ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ
  13. § 3. Направленность личности
  14. Методика 4 Направленность личности