13.2.4. «ЭР, ЭС, ТЭ»: Рцы слово твёрдо…


«ЭР, ЭС, ТЭ» — это из русскоязычного алфавита наших дней, а «Рцы слово твёрдо…» — это из древней Русской азбуки. Разница в том, что:
«ЭР, ЭС, ТЭ», — кроме обозначения звуков, — не означает ничего, единообразно понимаемого всеми,
а «Рцы слово твёрдо…» — кроме обозначения звуков по первым буквам слов — выражает вполне определённо мысль, которую могут понять большинство нынешних русскоязычных — при условии: если они подумают и прочувствуют те жизненные явления, что стоят за этим древнерусским полезным советом[252].
——————
Начнём с того, что быть средством передачи информации от одного человека другим людям — это не единственная функция членораздельной речи. И более того — это её вспомогательная, а не главная функция, поскольку как средство передачи информации в обществе членораздельная речь весьма далека от совершенства:
Членораздельной речи свойственна субъективно обусловленная неоднозначность установления взаимосвязей субъективных образов в психике индивида и языковых конструкций как при формирования потока изустной речи или текста, так и при их восприятии.
Положение усугубляется, если на словах надо дать представление другому человеку о том, о чём у него вообще нет никаких образных представлений: в этом случае адекватное понимание речи (текста) оказывается невозможным до тех пор, пока адресат сообщения не сформирует в своей психике соответствующих образов, безальтернативно необходимых для понимания речи (текста). И если к прочтению изначально не понятого текста можно вернуться впоследствии, подготовившись, то изначально не понятная изустная речь в подавляющем большинстве случаев обречена остаться не понятой вообще (и потому забытой) либо понятной извращённо потому, что большинство людей не в состоянии вспомнить её в последствии дословно и эмоционально точно[253].
«Плотность упаковки» информации в членораздельную речь, крайне низкая: словосочетание «всё вообще» «упаковывает» в себя всё вообще, что объективно существует в Жизни в её полноте и целостности, но детальность описания при этом — «нулевая»; а чем выше потребность в детальности описания, тем больше требуется слов — определений вновь вводимых и модифицируемых и уточняемых понятий, описаний взаимосвязей понятий друг с другом и с Объективной реальностью как таковой и т.п., вследствие чего объёмы даже жизненно полезных текстов (т.е. за изъятием «трёпа ради трёпа») и темпы их накопления в культуре передовых обществ и человечества в целом достигают таких величин, что всё больше становится случаев, когда проще произвести необходимые знания с нуля, нежели найти готовое к употребление необходимое знание, наличествующее в культуре.
Кроме того, не всему, что есть в Жизни, можно дать определение, оставаясь в пределах лексики и рассуждений на основе той или иной логики: в частности, определение направлений направо и налево, правой и левой систем координат невозможно выразить лексико-логически; также невозможно дать лексико-логических определений Любви и много чему ещё.
Описанию в оглашениях Жизни в её полноте и целостности, т.е. всего вообще и каких-то определённых фрагментов всего вообще всегда сопутствуют умолчания, а проведение границы «оглашения — умолчания» при построении речи (текста) также обусловлено субъективно и потому неоднозначно, но оно предопределяет широту круга тех, кто будет способен понять излагаемое адекватно: т.е. воспримет без значимых для практической деятельности искажений тот смысл, который вкладывали в речь (текст).
Процесс вложения смысла в изустную речь и в текст — это разные процессы в психике человека, как и извлечение смысла из изустной речи и из текста, вследствие чего один и тот же смысл из речи и из её стенограммы воспринимается по-разному, и один и тот же смысл надо вкладывать в разный порядок слов при изустном и письменном его выражении для наилучшего его восприятия слушателями и читателями, соответственно.[254]
О трудностях восприятия смысла из членораздельной речи вследствие дефектов дикции произносящего или дефектов слуха слушателя, воздействия посторонних шумов, неразборчивости почерка, мы вообще говорить не будем.
Если же говорить о том, как человек мыслит внеязыковым способом[255], т.е. не дискретно-понятийно, а процессно-образно и матрично без речевого сопровождения процесса мышления внутренним монологом, то можно заметить, что в этом процессе плотность упаковки информации (образов событий и музыки Жизни[256]) многократно выше; она такова, что для её выражения в лексике потребуется произносить длинные речи или писать весьма объёмные тексты с иллюстрациями, хотя для самого индивида — носителя этих образов и музыки — всё ясно без слов, и ясно мгновенно.
Если бы человек мог эту образно-музыкальную ясность, относимую к тем или иным аспектам жизни, в тождественном ей виде, передать другому человеку аналогично тому, как файл переносится с одного компьютера на другой, то надобности в разговорах как в способе обмена информацией не было бы; а если бы человек мог читать память Вселенной и ноосферы Земли[257] так же, как он читает рукотворные тексты, то в большинстве случаев не было бы надобности и в письменности. И хотя эти внеречевые навыки не являются достоянием большинства, тем не менее на протяжении всей истории в разных обществах были люди, которые оказывались способны внести в сознание других (или в бессознательные уровни их психики) свою мысль, не прибегая к словам; были способны знать, что у других на уме без того, чтобы их выслушивать[258]; а также обладали знаниями о настоящих и прошлых событиях вопреки тому, что они сами не были очевидцами и участниками этих событий, что им о них не рассказывали, и они не читали об этих событиях ничего.
В настоящее время способность передать мысль помимо лексики называется «телепатия», а способность знать то, чему человек не был сам очевидцем и о чём его не уведомляли изустно, письменно или посредством мультимедиа технологий, называется «ясновидение», хотя часть «ясновидческих» явлений — следствие телепатии (в тех случаях, когда информация считывается не из памяти ноосферы непосредственно, а из психики других людей — носителей этой информации).
Но и при том, что в исторически сложившейся культуре эти навыки не развиты в силу их невостребованности или подавления факторами самой же культуры, тем не менее большинство людей может вспомнить случаи из своего детства, когда им и без слов было ясно, что на уме у взрослых и сверстников, у живущих в доме кошек и собак, или когда им приходили на ум мысли и те или иные сведения, которые не могут быть интерпретированы в рамках собственного жизненного опыта ребёнка и того, что ему становилось известным от других людей.
Кроме того, многие могут вспомнить, что и после того, как они повзрослели, в некоторых ситуациях они знали о так называемых «близких людях» то, что не проходило через коммуникационный канал изустной или письменной членораздельной речи и очевидцами или соучастниками чего они не были; когда им и их «близким» практически одновременно приходили на ум одинаковые мысли.
То обстоятельство, что иллюзионисты в цирке и на эстраде на протяжении веков успешно имитируют и «телепатию», и «ясновидение», не владея этими навыками; то, что на почве имитации этих навыков процветают разного рода отрасли коммерчески и политически ориентированного своекорыстного обмана, — не способно убедить тех, кто реально имел дело с такого рода явлениями в жизни или обладает соответствующими произвольными навыками, в том, что «телепатия» и «ясновидение» и прочая «парапсихология» — исключительно вымыслы, мистификации и обман. Но:
Провозглашая это всё исключительно вымыслами, мистификациями и обманом, — люди сами закрывают себе пути к овладению этими и другими навыками, в наши дни относимыми к области «парапсихологии», к «резервным возможностям» человека и т.п., хотя принцип «не научился Ванечкой — Иван Иванычем не научишься» в значительной мере охватывает и это множество возможностей, открытых человеку для познания и освоения.[259]
Изложенное выше в начале раздела 13.2.4 неизбежно вызывает вопросы: Почему в исторически сложившихся культурах всего человечества «телепатия» и «ясновидение» носят неподвластный воле человека характер, хотя временами их спонтанные (непроизвольные) проявления наблюдаются в ряде случаев в кругу «близких людей»? Почему в специфических широко не распространённых субкультурах (шаманизм, йоги[260]) они достижимы, если не для всех пожелавших приобщиться к ним, то для некоторой части — тех, кто продвинулся в освоении этих субкультур достаточно далеко? Если «телепатия» и «ясновидение» — реально возможны и по качеству передачи информации превосходят членораздельную речь, а членораздельная речь как средство информационного обмена обладает указанными ранее и иными недостатками, то для чего способность к членораздельной речи заложена в человека генетически и для чего она нужна в Жизни Мироздания?
Проще всего ответить на первый вопрос, хотя даваемый ниже ответ и не является рецептом освоения «телепатии» и «ясновидения».
Физическими носителями и того, и другого феноменов являются биополевые процессы, свойственные физиологии организма человека. И «телепатия» и «ясновидение» спонтанно проявляются в кругу «близких людей» потому, что эти люди действительно близки: по нравственности, по образу мыслей (смыслу жизни), по параметрам совместимости излучаемых ими биополей (особенно, если они родственники). По отношению к спонтанным проявлениям «телепатии» и «ясновидения» словосочетание «близкие люди» следует понимать именно в смысле их духовной общности, духовной близости, духовного единства, если пользоваться традиционной лексикой. В силу такого рода близости они воспринимают какие-то общие для их круга потоки биополей и несомой ими информации аналогично тому, как радио- и телевизионные приёмники, при одинаковой настройке на определённую частоту и при соответствии поддерживаемых приёмниками систем кодирования информации системе кодирования информации передатчика, идентично воспринимают одни и те же радио и телевизионные передачи.
Остальные же люди, не входящие в соответствующий «близкий круг», с его представителями в телепатические сеансы связи также могут вступать непроизвольно, но ещё более редко, нежели это имеет место в этом «кругу близких», т.е. практически в единичных случаях; могут вступать тогда, когда обстоятельства формируют настройки их биополей так, что на некоторое время они оказываются членами определённого «круга близких».
То же касается и ясновидения. Это вопросы создания настроения (соответствующих задаче параметров энергетики биополя и его информационно-алгоритмического форматирования): если они решены и настроение становится осмысленно подчинённым воле, то ясновидение становится произвольно возможным; если так сложились обстоятельства, что индивид непроизвольно, спонтанно, оказался в соответствующем настроении, то будет иметь место спонтанный акт непроизвольного ясновидения.
Что касается второго вопроса, то изначально во всех культурах субкультуры типа индийских йог и разноликого шаманизма предназначены не для всех, а для весьма узкого круга лиц, которые в соответствующей национальной или конфессионально обусловленной культуре должны решать определённые задачи. Для решения этих задач требуется в ряде случаев произвольное владение навыками телепатии и ясновидения. Освоение этих навыков является одной из целей подготовки адептов, а процесс, в ходе которого достигается этот результат, представляет собой своего рода «каскад сит», отсеивающих неспособных приступить к прохождению следующего этапа подготовки. Сами же задачи и концепция организации жизни общества, в которой они должны решаться, как правило, лежат вне осознания как «гуру» (наставников), так и адептов (учеников) и тем более — вне критики и обсуждения (тем более публичных, выходящих за пределы круга «гуру» или круга «гуру» и учеников): в таких субкультурах требуется слепая вера в «гуру» и вера «гуру» персонально[261] и поддержание традиции, а не познание Жизни и не выработка собственного смысла жизни, которые могут обрушить традицию; а вне круга «гуру» и учеников в обществе должно формироваться почтительное отношение к субкультуре и «комплекс неполноценности» представителей общества в сопоставлении любого из них с представителями соответствующей субкультуры. И в обществе есть стойкое непонимание этих особенностей такого рода традиционных субкультур «духовного развития» и «духовного служения».
В таких субкультурах освоение названных парапсихологических навыков достигается посредством стандартных для каждой субкультуры технологий (процедур), в общем-то аналогично тому, как происходит обучение учеников во всех школах, натаскивающих на владение определёнными знаниями и навыками, но не раскрывающими познавательно-творческий потенциал личности: в общеобразовательных и профессиональных школах, в ВУЗах, в школах искусств (музыки, живописи и т.п.) — везде доминирует освоение тех или иных техник (игры на фортепиано или скрипке, живописи и т.п.), а задачи, которые решаются посредством освоения техник и решение которых без них невозможно, — в образовательный стандарт не входят.
Тем не менее такому подходу есть альтернатива, хотя не все осознают не только её отличие от разного рода субкультур йог и шаманизма, но и всеобщую необходимость ей следовать[262]. Если не интересоваться проблематикой концепции организации жизни общества, то люди, удостоенные даров Святого Духа, по внешним признакам результатов их деятельности оказываются неотличимыми от шаманов и продвинутых йогов. Приведём пример из жития русского подвижника Сергия Радонежского (03.05.1314 — 25.09.1392):
«Однажды святитель Стефан Пермский, глубоко почитавший Преподобного, направлялся из своей епархии в Москву. Дорога пролегала в восьми верстах от Сергиева монастыря. Предполагая посетить монастырь на обратном пути, святитель остановился и, прочитав молитву, поклонился преподобному Сергию со словами: "Мир тебе, духовный брат". В это время преподобный Сергий сидел вместе с братией за трапезой. В ответ на благословение святителя Преподобный Сергий встал, прочитал молитву и послал ответное благословение святителю. Некоторые из учеников, удивленные необычайным поступком Преподобного, поспешили к указанному месту и, догнав святителя, убедились в истинности видения»[263].
А кроме этого Сергий был удостоен и иных даров Святого Духа: исцеления больных, ясновидения, предвидения и других. Как сообщается в цитированном источнике:
«Еще при жизни преподобный Сергий удостоился дара чудотворений. Он воскресил отрока, когда отчаявшийся отец считал единственного сына навсегда потерянным. Слава о чудесах, совершенных преподобным Сергием, стала быстро распространяться, и к нему начали приводить больных как из окрестных селений, так и из отдаленных мест. И никто не покидал Преподобного, не получив исцелений недугов и назидательных советов»[264].
Для многих, кто читает свидетельства о такого рода фактах, интерес представляет освоение самих навыков с целью последующей их эксплуатации в целях того или иного своекорыстия[265]. Но этот интерес — ложный, обманчивый.
Тем не менее, у многих подверженных ему неумение освоить в короткие сроки «парапсихологические» навыки самостоятельно и отсутствие доступа к учителям, вызывает у досаду, от которой они защищаются скептицизмом и нигилизмом: это всё — враки или имитация потому, что этого не может быть.
Но мало кто обращает внимание на то, что приходя к Сергию и другим подвижникам, люди получали помимо исцеления и нечто другое — «назидательные советы». И уж совсем мало кто придаст «назидательным советам» более высокую оценку жизненной значимости, нежели факту исцеления и прочим «чудесам», сопутствовавшим «назидательным советам».
Но и прямые «назидательные советы» — не главное. Самое драгоценное, что есть в нашей жизни — это общение людей друг с другом. И значимость (ценность) общения многократно возрастает, если нам даруется общение с праведниками.
Дело в том, что, размышляя в одиночку, люди часто «зацикливаются»[266], т.е. их мышление нескончаемо ходит по кругу, перебирая одни и те же факты и аргументы, но не вырабатывая никакого определённого решения, выводящего их из связанного с этими размышлениями круга проблем. Если, оказавшись в такой ловушке, человек вступает в диалог с другим человеком, то в общении с ним он может сам вырваться из замкнувшегося круга мышления, придти к адекватным оценкам ситуации и выработать эффективные решения проблем, с которыми он столкнулся.
В основе этого лежит порождение коллективного интеллекта га основе единения биополей, который мощнее, нежели индивидуальный (пусть коллектив и включает в себя в данном случае всего лишь двух индивидов). А если человек общается с праведником, то при условии, что он ему не противится, нравственные стандарты праведника в порождённом ими коллективном интеллекте играют решающую роль в том числе и потому, что в этом случае общающийся с праведником изымается им из тех эгрегоров, под властью которых обычно пребывает. Вследствие этого мышление пришедшего вырывается за пределы пленившего его порочного круга, даже если праведник менее осведомлён, чем он, и не даёт конкретных «полезных советов».
Этот процесс психологически отличен от раздачи готовых рецептов авторитетным эффективным интеллектуалом-аналитиком его подопечным, поскольку не подавляет их мышления и воли, а раскрепощает, позволяя людям обрести новые грани свободы. Результативность этого процесса обусловлена не «многознанием» праведника, а его нравственно-психологическими особенностями — его устремлённостью к праведности, достигшей определённых успехов.
Роль этого явления в истории редко обнажается, но она весьма значима. Если бы этого явления — дарения общения подвижниками — в жизни Руси не было, то Русь как самобытная многонациональная цивилизация давно бы уже перестала существовать. Это касается как некоторых почитаемых в качестве святых представителей конфессий, так и многих мирян, чьи имена забыты обществом и ведомы ныне только Богу.
Если же обращать осмысленное внимание на всё это — сопутствующее «чудесам», — то станет видна разница между субкультурами различных йог, шаманизмом, «личностной магией»[267] — с одной стороны, и с другой стороны — дарами Святого Духа:
Сергий, как и другие подвижники, не стремился к обретению навыков телепатии, ясновидения, предвидения, исцеления и прочего чудотворения.
Их всех интересовала другая проблематика — смысл Промысла Божиего и своё собственное место в нём, своя собственная доля в воплощении Промысла в жизнь; стремление не грешить — чтобы своими грехами и их последствиями не отягощать жизнь других, в том числе и в последующих поколениях. По мере того, как они достигали успеха в этом и освобождались от власти над их поведением своекорыстия и греховности разного рода, — они удостаивались Богом даров Святого Духа, которые помогали им осуществлять избранную ими по совести миссию (их долю) в Промысле.
Никто из них не обучался шаманизму или психофизиологическим практикам под руководством «гуру» той или иной йоги, никто из них не стал такого рода «гуру» для тех, кто вошёл в их круг общения, хотя каждый из них был наставником для многих[268]. Все они просто (т.е. бесхитростно и бескорыстно) стремились к праведности, и по мере того, как они достигали в этом успеха, они удостаивались Богом даров Святого Духа, вследствие чего расширялся и спектр восприятия ими Жизни, и спектр открытых им возможностей воздействия на течение событий в Жизни. Действие даров Духа Святого окружающие, жившие в плену своекорыстия, неправедности и порождаемой ими суеты, воспринимали как «чудеса», проявление «сверхспособностей» и т.п., вопреки тому, что всё это и многое другое — норма для человека состоявшегося в качестве носителя человечного типа строя психики, живущего в русле Промысла.
То есть:
субкультуры шаманизма и разного рода йог, будучи по своей сути субкультурами «духовного элитаризма» по отношению к обществу «примитивов» и субкультурами «хакерства» по отношению к психике личности (как по отношению к психике «гуру», так и учеников, а в ряде случаев — и по отношению к окружающим, если психику рассматривать как информационно-алгоритмическую систему), обречены на то, чтобы быть узко-«элитарными» в аспекте некоторого «духовного развития»,
а вот культура, в которой каждый будет вырастать праведным носителем человечного типа строя и соответственно каждый будет обречён быть удостоенным даров Духа Святого соответственно свободно (т.е. по совести) избранной им доле в Промысле, может стать безальтернативно господствующей, объединяющей всех людей без исключения.
Кроме того:
Психологическое «хакерство» субкультур йог и шаманизма гарантирует небезопасность (бедственность) общественного «развития», в отличие от культуры, в которой все ориентируются на жизнь в русле Промысла в ладу с Богом.
И по мере того, как общества будут продвигаться к таковому качеству — членораздельная речь как средство обмена информацией в обществе будет сдавать свои позиции телепатии и ясновидению — дарам Святого Духа. В процессе же продвижения к этому качеству жизни главное назначение членораздельной речи — в ходе бесед о нравственности, мировоззрении, миропонимании, этике, истории и текущей политике, о Жизни вообще привести человечество к той реальной нравственности и этике, которые именуются словом «праведность», и которые Бог избрал для Себя Сам, о чём ранее уже кратко говорилось в разделе 12.2.7.
Однако в этом — только часть ответа на третий вопрос: для чего нужна членораздельная речь, если телепатия и ясновидение — нормальные и предельно эффективные средства информационного обмена, предопределённые для человека Свыше.
Вторая часть ответа на этот вопрос проистекает из достаточно широко известных слов А.С.Пушкина:
«…блажен, кто крепко слово правит / И держит мысль на привязи свою[269], / Кто в сердце усыпляет или давит / Мгновенно[270] прошипевшую змию; / Но кто болтлив[271], того молва прославит / Вмиг извергом…[272] Я воды Леты пью, / Мне доктором запрещена унылость[273]; / Оставим это — сделайте мне милость[274]!»[275]
«Волхвы не боятся могучих владык, / А княжеский дар им не нужен, / Правдив и свободен их вещий язык / И с волей Небесною дружен…»[276]
В некоторых публикациях «Домика в Коломне» в приведённой выше XXVI октаве стоит оборот речи «словом правит», а не «слово правит».
В варианте «словом правит» фраза включает в себя оба аспекта точности словоупотребления:
во-первых, подразумевает «слово» в качестве объекта управления (объекта, на который оказывается осмысленно целесообразное воздействие),
а во-вторых, подразумевает «слово» в качестве средства управления чем-то иным, какой проблематике посвящён раздел 13.2 в целом настоящего курса.
В варианте «слово правит» эта фраза указывает на необходимость приобщения к праведности, поскольку включает в себя не только смысл правления словом как таковым (иначе говоря, правления посредством слова течением событий), но и исправление извращённых в ходе культурного прогресса слов и языковых конструкций, т.е.
обязывает к тому, чтобы называть вещи и явления их именами, и прежде всего — вопреки неправедным «политесу» и «политкорректности».
В большинстве своём читатели этих пушкинских строк воспринимают их как фрагменты сюжетов развлекательных произведений художественной литературы, вследствие чего не соотносят их с тем, что должно быть всем им известно из курса физики общеобразовательной школы. Если же соотносить их с физикой, то откроется следующая физическая картина взаимосвязей членораздельной речи и Жизни, включая жизнь Природы и жизнь общества.
С точки зрения физики изустная речь — излучение механических колебаний в воздухе. Если мы в этом смысле рассматриваем живую речь человека, а не магнитофонную или иную звукозапись речи и не синтез речи компьютерной программой, то это не только виброакустические колебания, распространяющиеся в воздушной среде. Излучение виброакустических колебаний — явление, только сопутствующее излучению колебаний на основе биополя организма человека, несущего его психику как совокупность всех разнородных процессов обработки и хранения информации. Т.е. слышимой речи сопутствует речь неслышимая — излучаемые биополя, промодулированные внутренним монологом.
По отношению к этому внутреннему монологу, генерируемому на уровне сознания в процессе психической деятельности, речевой аппарат человека (голосовые связки, язык, губы и т.п.) является лишь получателем-ретранслятором. Причём голосовой аппарат является не единственным получателем: другие «получатели» — объекты биополевого воздействия — могут находиться и за пределами организма человека.
С распространением колебаний в упругих сре?дах и воздействием колебаний на объекты, находящиеся в этих сре?дах, связаны такие явления, как резонанс, переизлучение, биение, когерентность и прочее, что является предметом изучения теории колебаний.
Т.е. всякая мысль включает в себя не только смысловой, но и материальный  аспект своего бытия. Соответственно утверждение о том, что мысль, будучи излучением биополя, может оказывать непосредственное воздействие на другие материальные объекты (процессы), которых она достигает и в которые она проникает (как некий волновой пакет), вполне согласуется даже с той физикой, которую мы изучали в школе[277]. И тем более согласуется с альтернативной физикой, которую не владеющие ею называют «мистикой», «лженаукой», «магией». Вопрос только в том, как реализовать эту физическую возможность в практике жизни осмысленно-целесообразно, т.е. волевым порядком?
Ответ на этот вопрос проистекает из того обстоятельства, что изложенное выше затрагивает только объективную сторону Жизни — принципы мироустройства, действующие объективно в Жизни и так или иначе затрагивающие всех. Воспоминание о них необходимо для понимания смысла приведённых пушкинских строк. Но кроме объективной, есть и субъективная составляющая.
Различие людей по типам строя психики, неравнозначность типов строя психики в аспекте дееспособности[278], это ещё не всё, что характеризует состояние психики личности. С вопросом о главном предназначении членораздельной речи связан ещё один фактор, который может проявляться при всех типах строя психики; он может проявляться как в русле Промысла, так и в пределах ограничений Божиего попущения людям ошибаться и творить зло; а может и не проявляться — также при всех типах строя психики и вне зависимости от благонамеренности или склонности к злодейству.
Этот фактор — некое специфическое настроение, параметры которого трудно передать другим людям словами, поскольку при описании этого настроения речь должна идти о самочувствии[279] человека и осмыслении самочувствия, а и то, и другое — у каждого свои, и если человек не пережил ничего из того, о чём пойдёт речь далее, то в его психике нет впечатлений, которые он мог бы соотнести со словами. Остаётся только указать на возможность пребывания в этом настроении как произвольно реализуемую, так и непроизвольную, для того, чтобы читатель мог впоследствии понаблюдать за своим настроением и поучиться произвольно управлять им.
Тем не менее, если индивид пребывает в этом настроении, то его поток мыслей и слов оказывает более или менее ярко выраженное воздействие на течение событий в жизни: то есть события текут в соответствии со смыслом дум и произносимых им слов. Если быть внимательным, то можно выявить совпадение фактов жизни с предшествовавшими им мыслями. А если быть ещё более внимательным, то можно выявить, что воплощаются в жизнь только мысли (в подавляющем большинстве случаев это — смыслы внутренних монологов), которым сопутствовало определённое специфическое настроение.
Но если этого настроения не было, то мысли и слова не имели никаких последствий во внешнем общем всем мире, хотя могли много чего порушить во внутреннем мире и в организме человека (вплоть до инсультов, инфарктов и возбуждения развития онкологических процессов), если индивид отдавался разгулу эмоций и был не в состоянии управиться со своей биополевой энергетикой, информацией и психикой в целом как информационно-алгоритмической системой.
И эта взаимосвязь «определённое настроение — мысли, которые впоследствии воплотились в жизнь — факты жизни, которым предшествовали соответствующие мысли» включает в себя составляющую субъективного воздействия на процесс, а не является выражением предвидения стороннего наблюдателя, находящегося в стороне от процесса, и не оказывающего никакого влияния на его течение.
Воздействие может носить различный характер: Непроизвольный — пришла мысль, высказанная во внутреннем монологе, к ней не было выработано нравственно обусловленное отношение «хорошо — плохо», «желательна её реализация — реализация не желательна», и спустя какое-то время может придти информация о том, что мысль воплотилась в жизнь. Интуиция предупредила заблаговременно о предстоящем течении событий, которое оценивается как неприемлемое или в той или иной мере нежелательное, за какой оценкой следует мысль «да не будет такого». В чувстве меры индивиду открывается многовариантность возможного дальнейшего течения событий и среди различных вариантов — некая «доминанта»: в том смысле, что она обречена реализоваться сама собой при условии, что не будет какого-либо вмешательства в течение событий. Если после этого субъективно отдаётся предпочтение одному из вариантов, за чем следует мысль «да будет так», то избранный вариант способен воплотиться в жизнь, если управление процессом его воплощения в жизнь не будет подавлено или перехвачено теми, кому это неприемлемо[280].
Второму и третьему варианту может сопутствовать молитва[281], но может и не сопутствовать: в этом случае всё реализуется посредством «личностной магии» — произвольного, т.е. управляющего воздействия на «автопилот» матрично-эгрегориального управления[282].
В первом же варианте непроизвольно выражается реальная нравственность индивида:
Т.е., если мысли благие, — то всё течёт «само собой» благодатно, и люди могут жить продолжительное время, не имея внешних стимулов к тому, чтобы осознать взаимосвязь «специфическое настроение — мышление на его фоне — последующие события, соответствующие мыслям».
Если мысли злобные, то они тоже воплощаются в жизнь. И индивид на каком-то этапе способен осознать взаимосвязь «специфическое настроение — мышление на его фоне — последующие события, соответствующие мыслям». В этом случае он оказывается вынужден признать, что некие неприятности, постигшие его самого или других людей, в том числе и его близких, не могли бы свершиться без его мысленного соучастия в них, а по сути — без его мыслей, ставших программами или командами (санкциями) на реализацию этих неприятностей посредством «автопилота» матрично-эгрегориального управления.
Первый вариант соответствует бесхозным костяшкам «домино», которые «игрок» бездумно сбросил, а они легли в эгрегориальную алгоритмику, которая в результате этого обрела работоспособность, если пользоваться метафорами раздела 13.2.3.
Первый вариант подтверждает жизненную состоятельность слов А.С.Пушкина «блажен, кто крепко словом правит и держит мысль на привязи свою…» и далее до конца октавы XXVI «Домика в Коломне». Соотносится он и с поучением пророка Мухаммада, запечатлённым в Суне. Мухаммада некогда спросили, кто из людей лучший, а кто худший. Он дал ответ[283]: «Лучшими из вас являются те, от кого другие ожидают благого и от зла которых находятся в безопасности». «Худшими из вас являются те, от кого другие ожидают благого и от зла которых находятся в опасности».
Т.е. безнравственность и нравственно обусловленная распущенность в мыслях и словах, претендующая на безответственность за последствия своей деятельности и бездеятельности, объективно-автоматически делает индивида ещё более худшим, чем те, кто стал злоумышленником, осознающим этот факт.
Если не обращать внимание на то, что специфическое настроение отличается от всех прочих возможных настроений индивида, то совпадение фактов жизни с предшествующими им мыслями может быть выявлено, но расценивается как случайные совпадения более ранних событий (мыслей) и более поздних (фактов жизни), между которым нет никаких причинно-следственных связей; либо как непроизвольное (спонтанное) предвидение. Т.е. причинно следственная связь «мышление на фоне специфического настроения ? факты жизни, совпадающие в той или иной мере с содержанием мыслей» ускользает от восприятия или представляется объективно не существующей. Как следствие, те, кто настаивает на её существовании, воспринимаются как люди, не вполне психически здоровые, а если они утверждают, что проявления этой взаимосвязи имели место в их личной жизни, то упрёки в мании величия или иных формах психической неадекватности становятся практически неизбежными.
Если же внимание на настроение обращать, то причинно-следственная связь «мышление на фоне специфического настроения ? факты жизни, совпадающие в той или иной мере с содержанием мыслей» выявляется.
Т.е. как и в случае выявления различий между реальными интуитивными предостережениями и играми воображения на темы кошмаров[284] выявление этой причинно следственной связи проистекает из внимательного отношения к собственному настроению. Однако в этом случае различие настроений не связано с камертоном, по которому можно настроить эмоционально-смысловой строй психики личности. Различие настроений связано с другим аспектом бытия, а не с эмоционально-смысловым строем и не с типом строя психики.
В этом специфическом настроении, следствием которого является более или менее полное и яркое воплощение мыслей в жизнь, отсутствует граница между Миром и какими-то компонентами организма индивида, в результате чего и происходит обмен потоками энергии и информации с внешним (по отношению к психике) миром и поток мыслей влечёт вслед за собой течение событий.
Если искать зримое подобие различию настроений, то оно такое же как различие между кольцом дыма, выпускаемого изо рта курильщиком, и смерчем в природе. Дело в том, что и то, и другое — вихри, но вихри не могут начинаться и оканчиваться в однородной среде: вихрь всегда существует либо, будучи замкнутым в кольцо (колечко дыма, выпускаемое курильщиком), либо, имея начало и конец, локализованные на границах раздела двух сред или на границах областей неоднородности само?й среды (смерч — один конец на поверхности суши или воды, а другой на границе каких-то неоднородностей в атмосфере, хотя границы области неоднородности размытые, а не явно видимые поверхности раздела двух сред).
Если биополе индивида замкнуто само на себя (подобно кольцевому вихрю), то никакие мысли не способны вызвать никаких изменений во внешнем общем всем Мире[285].
Если биополе или какие-то его компоненты не замкнуты сами на себя подобно кольцевому вихрю, то источником излучения поля является индивид, а приёмником — Мир, в котором что-то может отозваться на излучение, что повлечёт за собой последствия.
Если индивид пребывает в этом состоянии, то его мысли не являются «его личным, внутренним делом», которое не касается никого и ничего именно потому, что это дело — поток мышления — перестаёт быть его внутренним при пребывании его в этом настроении и воздействует на Мир; а кроме того, это воздействие далеко не всегда лежит в русле Промысла в исторически реальных культурах толпо-«элитаризма», где неправедность, антисвятость — норма жизни.
При этом Мир не остаётся безответным по отношению к неправедной личностной магии — будь она произвольной (т.е. умышленно злодейской), так и не произвольной (следствие распущенности в настроении и мыслях)[286].
Если создание настроения и излучение мысли определённой направленности (адресации) и смысла происходит осознанно и произвольно, то это — управление.
Если бессознательно и непроизвольно, то — разновидность заложничества личности у своих бессознательных уровней психики и неких эгрегоров.
Эта тема воздействия словом на течение событий в Жизни была затронута ранее в работе ВП СССР «Язык наш: как объективная данность, и как культура речи» (2004г.), некоторые фрагменты которой с уточнениями мы приводим ниже, отделив их звёздочками от оригинального текста настоящего раздела.
*         *         *
Граница, обособляющая всякую личность в Мироздании, условна в том смысле, что общеприродные (физические) поля, входящие в состав биополя человека, простираются далеко от места нахождения его вещественного тела и могут сливаться с аналогичными общеприродными полями других объектов и субъектов. И на основе такого рода биополевого взаимодействия личности и Жизни человеку на бессознательных уровнях его психики доступно многое из того «звучания» Жизни, которое имеет место вне звукового диапазона частот и вне механических колебаний. Но если есть разного рода колебательные процессы, то им свойственно и то, что называется гармонией[287] и диссонансом[288] («Язык наш: как объективная данность и как культура речи»: Раздел 1.2, Отступление от темы «Опера и русский хоровод»).
Возможность такого рода воздействия живым изустным или мысленным словом в той или иной мере закрыта или открыта в зависимости от ответа на вопросы: что именно предполагается избрать в качестве объекта воздействия? какой каскад переизлучателей для оказания этого воздействия объективно необходим? подвластны ли воле конкретного субъекта: необходимый каскад переизлучателей? возможности создания каскада переизлучателей или каких-то его компонент в случае их отсутствия? способность выдать целеуказание для действия каскада переизлучателей?
И если всё названное прямо или опосредованно подчинено воле человека, то язык, речь действительно становятся средством «магического» воздействия на Мир[289]. И это средство — так или иначе — доступное всем.
А освоение такого рода возможностей — путь из экологически самоубийственной для всего человечества технократической цивилизации, в которой люди — заложники созданной ими же техносферы, в биологическую цивилизацию. В ней, воплощая в себе Высшее предопределение бытия Человека, люди-человеки будут свободны от необходимости защищаться от биосферы Земли и от Космоса средствами техники, но будут пребывать в ладу с Землёй и Космосом, в ладу с Богом, на основе качественно иной культуры, которую им необходимо построить в нынешнюю эпоху.
(…)
… для действенности «магии живого слова» — осуществления виброакустического воздействия (включая переизлучение в других частотных диапазонах) — объективно необходимы переизлучатели, а часть переизлучателей несёт в себе сам человек — единственный и неповторимый. Последнее обстоятельство означает:
Для того, чтобы переизлучение свершилось, необходимо, чтобы не только имелось целеуказание в отношение объекта или субъекта, на который предстоит воздействовать вольно (или невольно в алгоритмике бессознательного поведения), но и структуры переизлучателей[290]: были достаточно развиты, чтобы быть пригодными к действию в сложившихся условиях (иными словами объект предполагаемого воздействия должен находиться в пределах их досягаемости); были активны в соответствующий период времени, для чего необходимы: накачка их соответствующими видами материи и энергии[291]; информационно-алгоритмическое обеспечение их функционирования должно быть не только доступно, но и должно быть «загружено» в систему[292]; субъект должен пребывать при определённом — соответствующем целям и средствам их достижения — типе строя психики.
Вследствие названных обстоятельств:
«Волшебные слова» и «магические языки», владение их словарём и грамматикой представляют собой далеко не всё, что необходимо для их употребления в целях воздействия на течение событий.
Субъективная обусловленность эффективности каждого из языков в качестве средства виброакустического воздействия на течение событий не является однозначным результатом освоения их словаря и грамматики. Это является следствием того, что эффективный каскад необходимых переизлучателей может быть набран из разных элементов, организованных на разных материальных носителях (как вещественных, так и полевых), по-разному настроенных. Соответственно субъективная способность воздействовать на течение событий оказывается во многом независимой от того или иного определённого языка[293].
Все эти обстоятельства делают во многом ущербным или беспредметным рассмотрение некоторых вопросов языкознания в отрыве от обладающих личностной спецификой нравственности и организации психики носителей языка. С другой стороны и ответы на многие вопросы психологии в каждом конкретном случае могут быть обусловлены языком (языками), которым пользуется рассматриваемый субъект, и его личностной культурой речи[294] («Язык наш: как объективная данность и как культура речи». Раздел 1.3 «“Магия слова”: в русле Вседержительности…» с некоторыми изменениями).
*                   *
*
Из изложенного понятно, что мышление — вне зависимости от того, присутствует в нём внутренний монолог либо же оно протекает исключительно в форме потока образов и музыки, не сопровождаемых речью — биополевой процесс как в случае замкнутости биополя организма на самое себя, так и в случае замкнутости биополя на общий всем нам Мир.
Соответственно этому обстоятельству встаёт вопрос о том, чем процесс мышления, в котором присутствует внутренний монолог на основе членораздельной речи, отличается от безмолвного мышления, которое свойственно не только человеку, но и представителям всех достаточно высокоразвитых биологических видов?
В миропонимании на основе предельных обобщений (первичных различий) Я-центризма (вещество, дух, пространство, время) состоятельного ответа на этот вопрос быть не может. В миропонимании на основе предельных обобщений (первичных различий) триединства материи-информации-меры ответ на поставленный вопрос проистекает из самой концепции триединства материи-информации-меры.
Безусловно, что членораздельная речь — как в форме внутреннего монолога, так и в форме изустной живой речи (или воспроизведения звукозаписи) — поток колебаний в сре?дах, в которых распространяется членораздельная речь. Это — физика: процессы, в которых значим материальный аспект бытия.
Но есть и мерный аспект бытия. В нём членораздельная речь — поток смысловых единиц (иначе говоря, «квантов информации»), которые формируются исключительно в соответствии с нормами морфологии и грамматики соответствующего языка.
С каждой смысловой единицей членораздельной речи так или иначе связаны какие-то образы (музыка). Если при этом индивид пребывает в том специфическом настроении, когда его биополе замкнуто не на самое себя, а на общий всем Мир, то образы (музыка) транслируются во внешний общий всем мир в виде материальных (полевых) объектов. Если этой трансляции сопутствует членораздельная речь, то благодаря ей эти объекты оказываются «заключёнными в слове». Эта «заключённость в слове», в нашем её понимании, придаёт им большую устойчивость и обеспечивает более продолжительные сроки жизни, а поскольку морфология и грамматика языков — компоненты общевселенской меры, задающей возможные состояния материи и пути перехода материи из одних состояний в другие, то порождённые мышлением объекты вовлекаются в общевселенские процессы трансформации материи в Мироздании.
Так реализуется основное предназначение членораздельной речи — управление матрично-эгрегориальными процессами, необходимое для того, чтобы человек состоявшийся мог осуществлять миссию наместничества Божиего на Земле.
Внятность речи, чёткая понятийная определённость смысловых единиц в потоке, правильный эмоционально-смысловой строй, определяющий эгрегориальный статус, замкнутость биополя на Мир, а не на самое себя — это те качества, на которые указывает фрагмент древней Русской азбуки: «Рцы[295] слово твёрдо».
Совокупность этих качеств обращают членораздельную речь в инструмент осуществления непосредственной власти человека над течением процессов в Мироздании. И обязанность человека в том, чтобы эта власть лежала в русле Промысла, как об этом сказал А.С.Пушкин: Правдив и свободен их вещий язык и с Волей небесною дружен. — Это жизнеречение, а членораздельная речь предназначена для его осуществления: в этом её главное и основное предназначение.
Различие между исключительно внутренним монологом и внутренним монологом, одновременно выражающимся в изустной речи говорящего человека (а не звукозаписи), в том, что спектр воздействия исключительно внутреннего монолога у?же:
исключительно внутренний монолог непосредственно воздействует только на полевые процессы;
а изустная речь, в которой выражается внутренний монолог, помимо полевых процессов, на которые воздействует внутренний монолог, синхронно ему непосредственно воздействует и на вещество и плазму, через которые проходят виброакустические колебания.
———————
Ещё один аспект проблематики раздела 13.2 — и он главный, решающий — состоит в том, что методики проведения эксперимента науки, настаивающей на необусловленности результатов эксперимента нравственностью и этикой во всех без исключения случаях, не пригодны к тому, чтобы в ходе экспериментальной проверки выявить «объективные условия», в которых возникает наблюдаемый «эффект» течения событий в соответствии со смыслом предшествующих монологов. Причины в том, что описываемое в разделе 13.2 — обусловлено нравственно-этически и реализуется не в ходе «полигонных учений» на тему освоения «магии слова», а в условиях течения Жизни и нравственно обусловленного осмысленного к ней отношения. Т.е. навыки управления посредством живого слова течением событий могут быть выработаны только в результате принятия на себя определённой ответственности за осуществление свободно избранной миссии (своей доли) в Промысле.
Глава 13 в редакции от 03.06.2014г.
 
<< | >>
Источник: ВНУТРЕННИЙ ПРЕДИКТОР СССР. Основы социологии Часть4. Человечность и путь к ней(Книга 1). 2014

Еще по теме 13.2.4. «ЭР, ЭС, ТЭ»: Рцы слово твёрдо…:

  1. В. Т. Харчева. Основы социологии / Москва , «Логос», 2001
  2. Тощенко Ж.Т.. Социология. Общий курс. – 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Прометей: Юрайт-М,. – 511 с., 2001
  3. Е. М. ШТАЕРМАН. МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ, 1961
  4. Ницше Ф., Фрейд З., Фромм Э., Камю А., Сартр Ж.П.. Сумерки богов, 1989
  5. И.В. Волкова, Н.К. Волкова. Политология, 2009
  6. Ши пни Питер. Нубийцы. Могущественная цивилизация древней Африки, 2004
  7. ОШО РАДЖНИШ. Мессия. Том I., 1986
  8. Басин Е.Я.. Искусство и коммуникация (очерки из истории философско-эстетической мысли), 1999
  9. Хендерсон Изабель. Пикты. Таинственные воины древней Шотландии, 2004
  10. Ишимова О.А.. Логопедическая работа в школе: пособие для учителей и методистов., 2010
  11. Суриков И. Е.. Очерки об историописании в классической Греции, 2011
  12. Бхагван Шри Раджниш. ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПРОСВЕТЛЕНИЯ. Беседы, проведенные в Раджнишевском Международном университете мистицизма, 1986
  13. Фокин Ю.Г.. Преподавание и воспитание в высшей школе, 2010
  14. И. М. Кривогуз, М. А. Коган и др.. Очерки истории Германии с Древнейших времен до 1918, 1959
  15. Момджян К.Х.. Введение в социальную философию, 1997
  16. Джон-Роджер, Питер Маквильямс. Жизнь 101, 1992
  17. А.С. Панарин. Философия истории, 1999