§ 62. Винительный падеж имен существительных одушевленных и неодушевленных

Как известно, винительный падеж у имен существительных одушевленных совпадает по форме с родительным: в единственном числе — у слов мужского рода 2-го склонения, во множественном числе — у имен всех трех родов (например: я вижу товарища, вижу мужчин, женщин, детей). Однако понятие грамматической одушевленности не всегда проявляется достаточно четко, поэтому возможны колебания в отнесении некоторых слов к именам существительным одушевленным или неодушевленным. Отметим отдельные случаи. Колебания наблюдаются в названиях микроорганизмов: изучать бактерии и бактерий, уничтожать микробы и микробов, исследовать бациллы и бацилл. То же в отношении слов личинки, эмбрионы, зародыши и др. Отнесение этих слов к существительным одушевленным связано с более архаическим их употреблением или с употреблением в специальной литературе, в профессиональной речи биолога. В различии съел три рыбки — поймал трех рыб сказывается то обстоятельство, что в первом случае имеется в виду кушание (ср.: есть кильки, сардины, шпроты). Обычно, однако, такие сло ва, как устрица, омар, рак, названия рыб, птиц, животных (даже если идет речь о них как о кушаниях) воспринимаются как существительные одушевленные: съесть трех устриц, омара, четырех раков, одного рябчика, трех окуней, карасей, цыпленка. На выбор формы число существительного влияет в следующем случае: спасти животное, но спасти животных (слова среднего рода в единственном числе не обладают категорией одушевленности). Слово лицо в значении «человек» употребляется как существительное одушевленное: лиц, знающих местопребывание пропавшего мальчика, просят сообщить об этом по такому-то адресу, но: увидел знакомые лица. Различие форм выйти в люди — видеть многих людей, поступить в солдаты — встретить маршировавших солдат, пойти в гости — принимать гостей и т.п. основано на том, что в первых формах (винительный падеж одушевленных существительных совпадает с именительным) предмет берется в безлично-собирательном, общем значении, а во вторых (винительный падеж совпадает с родительным) — в конкретном, личном значении. Первые формы наблюдаются в предложных конструкциях при глаголах, обозначают переход в новое положение, зачисление в какую-нибудь категорию лиц и т.д. В различии вывести положительные типы — проучить этого типа (о человеке сомнительной репутации) сказывается прием персонификации (олицетворения) отвлеченного понятия. Такие же случаи олицетворения находим в выражениях, в которых названия неодушевленных существительных употребляются для обозначения лиц или живых существ, например: опять встретил этого старого колпака; этого пня не убедишь; добыть «языка»; на кинофестивале можно было увидеть всех звезд экрана. Ср. в поговорках: Лапоть знай лаптя, сапог — сапога; Чин чина почитай. На явлении олицетворения основано также различие в формах: обожал своего кумира, сделал себе идола — сделал себе кумир; ср.: видеть покойника — видеть труп. Близки к олицетворению такие случаи: одевать кукол, загнать шара в лузу, найти гриба хорошего. Названия карточных фигур {туз, валет) склоняются, как одушевленные существительные: открыть валета, прикупить туза. Названия планет склоняются, как существительные неодушевленные: наблюдать Марс, смотреть на Юпитер, видеть Нептун (соответствующие имена божеств употребляются как существительные одушевленные: проклинать Марса, бояться Юпитера, воспевать Нептуна).
Слово субъект, в зависимости от значения, употребляется то как одушевленное, то как неодушевленное существительное; ср.: знаю этого субъекта — указать субъект суждения. Слово персонаж склоняется, как существительное неодушевленное: ввести еще один персонаж. Колебания встречаются в форме множественного числа: выводит новые персонажи — ...новых персонажей (следует предпочесть первый вариант). Слово адресат склоняется, как существительное одушевленное: найти адресата. Колебания наблюдаются в тех случаях, когда существительные с основным значением одушевленности употребляются для обозначения предметов неодушевленных. Так, в одной и той же статье читаем: «Вряд ли кто удержится от соблазна наблюдать искусственный спутник нашей планеты» и «Однако возможно и сохранить спутника, опустить его на Землю невредимым». В этих случаях обычно мы исходим из основного значения одушевленности, заключенного в слове, поэтому после запуска первого советского искусственного спутника Земли можно было в печати найти такие фразы: «Жители Вологды видели спутника Земли»; «В Алма-Ате наблюдали спутника Земли» и т.п. В дальнейшем, когда спутники стали более «обычным» явлением, победило понятие неодушевленности, и в настоящее время мы обычно говорим: наблюдать спутник, запустить новый спутник и т.п. В других случаях более обычны формы одушевленных существительных, если даже имеются в виду предметы неодушев ленные. Так, мы говорим: пускать бумажного змея; ср. прежнее употребление: Я решился сделать из нее [географической карты] змей (Пушкин); Дети пошли в поле и взяли змей (Л. Толстой). Имена существительные неодушевленные с суффиксами -тель, -ник, -щик (обозначающие приборы, механизмы, орудия) имеют по общему правилу винительный падеж, совпадающий с именительным: починить выключатель, счетчик; построить бомбардировщик, истребитель и т.п. Отступления встречаются в профессиональной и архаической речи: помножить числителя на знаменателя, сбить истребителя и др. Названия живых существ, употребленные в качестве заголовков литературных произведений, склоняются, как существительные одушевленные, например: смотрел «Ревизора», читал «Слона и Моську». Однако и в подобных случаях возможны затруднения в выборе форм. Так, одинаково неудачно: «читать “Холстомер” Л. Толстого, “Изумруд” Куприна» и «читать “Хол- стомера” Л. Толстого, “Изумруда” Куприна». Это объясняется тем, что, хотя «Изумруд» и «Холстомер» — клички животных, в основном своем значении они принадлежат к неодушевленным существительным. Подобные затруднения следует устранять путем лексической правки, указывая родовое наименование (жанр) литературного произведения: читать рассказ «Холстомер», рассказ «Изумруд». В условных названиях (например, в названиях пароходов) одушевленные существительные могут склоняться, как неодушевленные, например: Курсанты торопились на уходящий в плавание «Товарищ»; Производится посадка на «Седов».
<< | >>
Источник: Былинский К. И.. Литературное редактирование : учеб. пособие / К.И. Былинский, Д.Э. Розенталь. 3-е изд., испр. и доп. — М. : ФЛИНТА : Наука. — 400 с. - (Стилистическое наследие).. 2011

Еще по теме § 62. Винительный падеж имен существительных одушевленных и неодушевленных:

  1. В. Т. Харчева. Основы социологии / Москва , «Логос», 2001
  2. Тощенко Ж.Т.. Социология. Общий курс. – 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Прометей: Юрайт-М,. – 511 с., 2001
  3. Е. М. ШТАЕРМАН. МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ, 1961
  4. Ницше Ф., Фрейд З., Фромм Э., Камю А., Сартр Ж.П.. Сумерки богов, 1989
  5. И.В. Волкова, Н.К. Волкова. Политология, 2009
  6. Ши пни Питер. Нубийцы. Могущественная цивилизация древней Африки, 2004
  7. ОШО РАДЖНИШ. Мессия. Том I., 1986
  8. Басин Е.Я.. Искусство и коммуникация (очерки из истории философско-эстетической мысли), 1999
  9. Хендерсон Изабель. Пикты. Таинственные воины древней Шотландии, 2004
  10. Ишимова О.А.. Логопедическая работа в школе: пособие для учителей и методистов., 2010
  11. Суриков И. Е.. Очерки об историописании в классической Греции, 2011
  12. Бхагван Шри Раджниш. ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПРОСВЕТЛЕНИЯ. Беседы, проведенные в Раджнишевском Международном университете мистицизма, 1986
  13. Фокин Ю.Г.. Преподавание и воспитание в высшей школе, 2010
  14. И. М. Кривогуз, М. А. Коган и др.. Очерки истории Германии с Древнейших времен до 1918, 1959
  15. Момджян К.Х.. Введение в социальную философию, 1997