Россия в поиске своей цивилизационной идентичности Вадим Межуев

О России как особой цивилизации стали писать сравнительно недавно и явно под воздействием происходящих в ней перемен. Попытка еще недавно — в эпоху существования СССР — судить о ней в понятиях формационного членения истории, выводившая ее чуть ли не в авангард мирового развития («первая в мире страна победившего социализма»), оказалась несостоятельной ввиду ее очевидной отсталости от развитых стран Запада.
Избранная нашими либеральными реформаторами в 1990-х годах прошлого столетия стратегия модернизации России по образцу этих стран, названная «вхождением в современную цивилизацию», заставила задуматься о том, в какой мере эта стратегия учитывает российскую специфику, считается с ней. Вопрос этот побудил многих исследователей распространить на Россию так называемый «цивилизационный подход», представить ее как особое цивилизационное образование. Для такого вывода есть, казалось бы, все основания. Явная неудача либеральных реформ в России, проводимая по рецептам западной науки, невольно наводило на мысль о том, что не все в этой науке адекватно срабатывает на российской почве. Россия как бы не укладывалась полностью в научное ложе, созданное по меркам западного общества, не открывалась принятым там стандартам научного объяснения и анализа. Что-то сохранялось в остатке, что затем ломало все расчеты и рушило все ожидания. Непроницаемость России для интеллектуального дискурса Запада многие объясняют просто: Россия не является органической частью Запада, где этот дискурс сложился и оформился. Как России порой трудно понять Запад (не говоря уже о том, чтобы быть им), так и Западу трудно понять Россию, представить ее в терминах собственной научной рациональности. Ситуация, казалось бы, типичная для встречи одной цивилизации с другой. В действительности, не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Россию трудно представить и как совершенно особую, окончательно сложившуюся, во всем отличную от Запада цивилизацию, хотя подобные попытки предпринимаются сегодня многими, пишущими на эту тему. Ее называют то право славной, то восточнославянской, то евразийской цивилизацией — в зависимости от того, какой признак берется за основу — конфессиональный, этнокультурный или геополитический. Но может ли каждый из них и все они вместе служить достаточным критерием для признания существования особой цивилизации? Будь так, вопрос об отношении России к Западу решался намного бы проще, не переживался как одна из мучительных проблем российской истории. Ведь в сознании россиян постоянно жила тема не только их особости и самобытности, но и их отсталости, недостаточной развитости по сравнению с Западом.
Эта западническая тема, наряду со славянофильской (то, что западники считали отсталостью России, славянофилы оценивали как ее самобытность), является сквозной в истории русской общественной мысли. Она вообще не могла бы возникнуть, не будь Россия в чем-то страной европейского типа, находись она целиком за пределами западного мира. Чтобы сравнивать себя с Европой, даже в пользу последней, надо в каком-то смысле уже быть Европой, осознавать свою близость с ней. Многие страны неевропейского региона, также переживающие процесс модернизации, не возводят свою несхожесть с Европой в общенациональную проблему, не испытывают по отношению к ней чувство собственной неполноценности. Наши же западники всегда воспринимали Россию даже не как соседа, а как родственника Европы, пусть и бедного, задержавшегося в своем развитии. Столкновение этих основных русских тем — самобытности и отсталости — говорит о том, что вопрос о цивилизационной идентичности России остается открытым, не имеет однозначного решения, провоцирует взаимоисключающие мнения. На нашем пространстве как бы сосуществуют и сталкиваются разные России, между которыми трудно найти что-то общее. Мы либо грезим о своем прошлом, либо проклинаем его. Кто-то не приемлет ничего, что связано с Западом, для кого-то даже слово «патриотизм» является бранным. И каждый видит в другом заклятого врага России. Вопреки мнению о том, что Россия уже сложилась как особая цивилизация, напрашивается другой вывод: она и сегодня находится в поиске своей цивилизационной идентичности, своего места в мировой истории [Крамник 2002, 194-234]. Поиск этот далеко не завершен, что подтверждается непрекращающимся спором о том, чем является Россия — частью Запада или чем-то отличным от него. На отсутствие приемлемого для всех решения указывает и постоянно возрождающийся в российском общественном сознании интерес к «русской идее», о чем речь впере ди. Если Запад осознает себя как сложившуюся цивилизацию, то Россия — как только идею (разумеется, по-разному трактуемую), существующую более в голове, чем в действительности. Подобное направление мысли выходит на первый план там, где реальность находится еще в состоянии брожения, не отлилась в законченную форму, не застыла в своей цивилизационной определенности. И в нынешнем виде Россия являет пример страны, не столько обретшей эту определенность, сколько в очередной раз осознавшей необходимость ее обретения. Но, прежде всего, несколько слов о том, что, по нашему мнению, следует называть цивилизацией.
<< | >>
Источник: А.П. Давыдов. В ПОИСКАХ ТЕОРИИ РОССИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ Памяти А. С. Ахиезера. 2009

Еще по теме Россия в поиске своей цивилизационной идентичности Вадим Межуев:

  1. 3.4. Русское просвещение и поиски национальной идентичности
  2. VII. В поисках новой идентичности
  3. Н. И. Макарова Поиск славянской идентичности в университетском славяноведении: В. И. Григорович'
  4. РОССИЯ, ИМПЕРИЯ И ИДЕНТИЧНОСТЬ
  5. М.А. Липкин ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ ВЕК ПО ГРИНВИЧУ: БРИТАНИЯ В ПОИСКАХ ПОСТИМПЕРСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ
  6. Армения в поисках правды: «А друг ли нам Россия?»
  7. § 1. Поиск новых направлений социально-экономической политики. Россия на пути капиталистического развития
  8. СООТНОШЕНИЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ С ИНЫМИ ИДЕНТИЧНОСТЯМИ. РЕГИОНАЛЬНАЯ И СЕМЕЙНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
  9. Вадим Валерьянович Кожинов. Загадочные страницы истории XX века, 1998
  10. Вадим Глухов. Психолингвистика. Теория речевой деятельности. М.: АСТ, — 223 с., 2007
  11. Российская власть, общество и правов контексте исторических изменений и реформ Вадим Розин
  12. Мир с конца и мир с начала Вадим Рабинович
  13. ПРИХОД ЦИВИЛИЗАЦИОННОЙ ПАРАДИГМЫ
  14. Цивилизационный фундамент и общество
  15. Цивилизационный подход
  16. §1. Российская цивилизационная специфика социальной справедливости
  17. Цивилизационный подход и учебники истории
  18. 2.3. О сущности цивилизационного подхода к истории